Кирилл Миллер: «Выставка на Бронницкой собиралась у меня по секрету, всем художникам сообщили адрес, куда надо заносить в квартиру для того, чтобы органы не знали, где будет выставка и не могли никаких препятствий учинять. В один прекрасный момент приехали и эту всю выставку быстро перевезли на улицу Бронницкую. Управление культуры после этой выставки на Бронницкой решило, что с художниками надо говорить».

Сергей Ковальский: «Мы убедились, что, во-первых, нас много, во-вторых, поколения в некотором образе соединились: те, кто были в Газа, новые, которые участвовали в квартирных, и совсем молодые, которые еще ни в чем не участвовали, для них это была первая выставка. И на основе Бронницкой мы начали организацию профессионального творческого союза».

Олег Калугин, в прошлом высокий чин Комитета государственной безопасности. Он был вторым лицом в Ленинградском КГБ. Сейчас он объявлен изменником родины и живет в эмиграции в США. Он написал воспоминания под названием «Прощай, Лубянка». И там рассказал о процессе, который происходил на рубеже 1970–1980-х годов. Ленинградское КГБ решает, что проще легализовать деятельность андеграунда, чтобы держать ее под контролем. Тогда не будет скандалов, встреч с иностранцами и многочисленных публикаций на Западе. Ну и андеграунд тоже стремился легализоваться. Так образовалось Товарищество экспериментального изобразительного искусства (ТЭИИ). Это произошло в 1981 году, у художников-нелегалов появилось нечто вроде эдакого легального профсоюза.

Сергей Ковальский: «Первыми членами ТИИ были как раз участники выставки на Бронницкой – три поколения нонконформистов. Вторая формация товарищества, которая вступила в прямые переговоры с властью. Там поняли: клапан надо приоткрывать, родилось новое поколение, которое ждать, терпеть не будет».