За Единую и Неделимую
За Единую и Неделимую
Во всех случаях, когда большевизм был побежден, это было достигнуто только на почве «национализма».
Ставка Верховного главнокомандующего Русской армией приступила к формированию национальных частей во время паники Великого отступления 1915 г., на что министр внутренних дел А. Хвостов тем же летом 1915 г. отвечал: «разрешение (Ставки) формировать различные польские легионы, латышские батальоны, армянские дружины… выходит за пределы узко военных интересов, в корне затрагивая вопросы общегосударственной политики. Ведь это шаг есть по существу ничто иное, как установление принципа формирования национальных войск… Распустить национальные батальоны будет нелегко и они тяжелым грузом будут давить на нашу окраинную политику»[2097].
Создание национальных частей примет масштабный характер осенью 1917 г. поскольку, как показал опыт Верховного главнокомандующего Русской армией ген. Н. Духонина, «наибольшей устойчивостью к большевизму обладают части сформированные на основе «местного патриотизма». Именно с этого времени началось формирование «национальных частей»: Украинских, Сибирских, Польских, Татарских и др…»[2098].
Украинизация, по словам П. Скоропадского, тогда командовавший XXXIV армейским корпусом, началась еще летом 1917 г. и осуществлялась в соответствии «с настоятельным требованием бывшего главнокомандующего, Л. Корнилова…, который требовал полной украинизации вплоть до лазаретных команд»[2099]. Начальник военного кабинета А. Керенского ген. Б. Левицкий в ноябре 1917 г. приходил к выводу, что «формирования национальных частей… — единственный способ оздоровления армии, если бы мы это начали раньше, у нас не было бы разрухи»[2100].
Именно отсутствие твердого национального самосознания в русском народе сыграло в революции, по мнению А. Колчака, решающую роль: «Корень зла в том, что русские никак не могут утвердиться на национальном принципе, ставя интересы партийные выше интересов своего народа»[2101]. Эти выводы подтверждала издававшаяся в Лозанне украинская газета «L’Ukraine»: «Ленин имеет влияние только у великороссов, тогда, как у других народов России: поляков, украинцев, латышей, армян, евреев — его идеи встречают патриотический отпор»[2102].
Именно отсутствие твердого национального самосознания в русском народе сыграло в революции, по мнению А. Колчака, решающую роль: «Корень зла в том, что русские никак не могут утвердиться на национальном принципе, ставя интересы партийные выше интересов своего народа»[2101]. Эти выводы подтверждала издававшаяся в Лозанне украинская газета «L’Ukraine»: «Ленин имеет влияние только у великороссов, тогда, как у других народов России: поляков, украинцев, латышей, армян, евреев — его идеи встречают патриотический отпор»[2102].