Эти противоречия между индивидуумом и обществом, между правами человека и правами собственности, все с большей силой проявлявшиеся с развитием капитализма, вызвали нарастающую ответную реакцию. Сначала в лице представители раннего утопического коммунизма Т. Мора и Т. Кампанелла, позднее — утопического социализма: А. Сен-Симона, Ш. Фурье и Р. Оуэна…, ставших предшественниками появления марксизма. В России наиболее видными представителями данного направления были В. Белинский, А. Герцен, Н. Чернышевский, Н. Добролюбов[2214].

Марксисты подходили к непримиримой критике частной собственности с точки зрения эволюционного развития: «частная собственность существовала не всегда; когда в конце средних веков в виде мануфактуры возник новый способ производства, не укладывавшийся в рамки тогдашней феодальной и цеховой собственности, эта мануфактура, уже переросшая старые отношения собственности, создала для себя новую форму собственности — частную собственность…, — писал Ф. Энгельс, — теперь благодаря развитию крупной промышленности… эти могучие, легко поддающиеся увеличению производительные силы до такой степени переросли частную собственность и буржуа, что они непрерывно вызывают сильнейшие потрясения общественного строя. Поэтому теперь уничтожение частной собственности стало не только возможным, но даже совершенно необходимым»[2215].

И это будет полностью законно, поскольку частная собственность сама по себе аморальна, утверждал К. Маркс: «Если всякое нарушение собственности, без различия, без более конкретного определения, есть кража, то не является ли в таком случае всякая частная собственность кражей? Разве, владея частной собственностью, я не исключаю из владения этой собственностью всякого другого?»[2216] «Вы приходите в ужас от того, что мы хотим уничтожить частную собственность. Но в вашем нынешнем обществе частная собственность уничтожена для девяти десятых его членов; она существует именно благодаря тому, что не существует для девяти десятых…, с того момента, когда личная собственность не сможет превратиться в буржуазную собственность, — с этого момента, заявляете вы, личность уничтожена. Вы сознаетесь, следовательно, — гласил Манифест коммунистической партии, — что личностью вы не признаете никого, кроме… буржуазного собственника…»[2217].

И это будет полностью законно, поскольку частная собственность сама по себе аморальна, утверждал К. Маркс: «Если всякое нарушение собственности, без различия, без более конкретного определения, есть кража, то не является ли в таком случае всякая частная собственность кражей? Разве, владея частной собственностью, я не исключаю из владения этой собственностью всякого другого?»[2216]