К концу гражданской войны «из маленьких расхождений и разногласий выросли большие…, — констатировал в январе 1921 г. в своей брошюре, которая так и называлась «Кризис партии», Ленин, — Партия больна, партию треплет лихорадка»[3107]. В наиболее резкой форме эта болезнь проявилась на Х съезде РКП(б) в конфликте, между Политбюро и Оргбюро партии[3108], между Совнаркомом и профсоюзами. И это были не частные разногласия, подчеркивал Г. Зиновьев на том же съезде: «этот кризис общий… Теперь, как ни трудно сознаться в этом, мы переживаем некий кризис революции»[3109].

«Дух соперничества, обуявший вождей в конце 1920 года, возможно, был бы не столь вреден для государственных устоев, — замечает историк С. Павлюченков, — если бы между ними и партийной массой сохранялась надежная, рутинная прослойка из твердокаменных функционеров средней руки. Однако и средний уровень партруководства, даже еще раньше, оказался пораженным червоточиной сомнений, взрыхлен исканиями честолюбий, расшатан бесконечными притираниями партийных и советских аппаратов и заматерел, участвуя в междоусобицах»[3110].

Междоусобная борьба охватила не только партийный, но и хозяйственный аппарат, указывал в середине 1920 г. редактор газеты «Экономика и жизнь» Г. Крумин: «Согласование и объединение действий, а нередко и политики хозяйствующих органов, происходят еще до сих пор в порядке победы или поражения того или другого комиссариата»[3111].

Переломным моментом стало выступление на Х съезде лидера «рабочей оппозиции», члена ЦК А. Шляпникова, который от ее лица заявил: «Мы предлагаем съезду уничтожить бюрократический метод управления народным хозяйством, который у нас существует сейчас, который привел нас к настоящему кризису и который отдал все наше хозяйство в руки чуждых нам элементов, в руки врагов…»[3112]. Оппозиционеры требовали «орабочивания» партийного и советского руководства, и преобразования экономики в анархо-синдикалистском духе.

И спустя полгода Политбюро пошло на компромисс, оно создало «пятерку» по чистке партии. В течение 1921–1922 гг. численность партии сократилась примерно вдвое, доля рабочих среди делегатов XII съезда (1923 г.) увеличилась по сравнению с X съездом (1921 г.) с 37 % до 53 %. В 1922–1923 гг. Главки Совнаркома были упразднены, а вместо них созданы государственные тресты (в промышленности) и синдикаты (в торговле). Основная идея этих преобразований, пояснял Ленин, заключается в том, что «государственные предприятия переводятся на так называемый хозяйственный расчет, т. е. по сути, в значительной степени на коммерческие и капиталистические начала…, в ближайшем будущем неминуемо этот тип станет преобладающим, если не исключительным»[3113].