Уже через несколько дней после второго пришествия на МИЗ меня ждал сюрприз. Позвали в бухгалтерию. Оказывается, мне, когда я уже надел солдатскую шинель, начислили премию за последний месяц моей гражданской службы. Строгая финансовая отчётность и скрупулёзное исполнение служебных обязанностей сделали благое дело – пополнили пустой послеармейский карман!

Но этих денег мне не хватило для оплаты подготовительных курсов на журфаке МГУ. До окончания приёма туда оставались считанные дни. Где взять деньги? Выручила заводская касса взаимопомощи. Хотя я проработал лишь несколько дней, деньги мне дали. Взаимовыручка, тем более такая не унизительная, – великое дело.

Кассы взаимопомощи стали создавать ещё в девятнадцатом веке: для развития собственного дела часто требовались средства (нередко это был беспроцентный кредит), да и экономические кризисы, банкротства и забастовки потребовали поддержки попавших в беду работников. Социальное новшество капитализма прижилось и на советской социалистической почве.

Райком-то – Сталинский!

Райком-то – Сталинский!

От возврата на активную комсомольскую работу в заводском масштабе я отказался, сославшись на грядущие вступительные экзамены в МГУ. Однако мой преемник на посту заводского комсомольского лидера Владимир Каналин стал уговаривать меня избраться комсоргом отдела. Поскольку это несравнимо по затратам времени с чрезвычайно хлопотной и неблагодарной должностью члена, а тем более секретаря заводского комитета комсомола, то я согласился.

Хотя моё личное отношение к Каналину было насторожённо-скептическим. Уж слишком «деловым» он показался. Мне писали в армию, как он сумел «заработать» на молодёжных воскресниках порядка одной-двух тысяч рублей. Не для себя лично, конечно, а для комитета комсомола. Как организатор таких мероприятий, я знал, что определить стоимость подобных работ весьма сложно. Как подсчитать, сколько стоит, например, сбор и вывозка мусора или металлолома, коли в этом принимают участие разные работники предприятия, не только молодые, да и объём сделанного уточнить невозможно. Но ему это удалось. Легко! Ведь его папа работал замом директора завода! И папочка обеспечил сыночку хорошее мнение перед вышестоящей инстанцией.

Эта инстанция, то есть Сталинский райком комсомола (был такой район в Москве – позже стал называться Первомайским), оценив деловые заслуги нашего секретаря, хотела его заполучить к себе в штат. Однако, реально оценив свои предпочтительные перспективы на заводе (он заканчивал вечерний институт, плюс папа с высокой должностью), от этого предложения отказался. Взамен он предложил поговорить со мной.