Дата отправки письма из Вологды – 1 апреля 2006 года.
В 2000-х годах журнал «Природа и Человек. Свет» часто публиковал мои очерки. Всякий раз, когда я имел свободные экземпляры, я посылал Василию Ивановичу. Он их ждал, читал… В февральском выпуске журнала у меня вышел там очерк «Фикус, солдатские письма и Никола Чудотворец», а в мартовском – очерк «Краевед из села Ильинское». Оба материала были отосланы каждый в свой месяц. Потому на рабочем столе Белова лежал мартовский журнал.
Судьба героя очерка «Краевед из села Ильинское» Александра Рубцова давно волновала меня. По характеру энергичный и жизнерадостный, он чем-то напоминал сибирского подвижника, ведущего телепередачи «Играй, гармонь!» Геннадия Заволокина. Сидеть дома без дела не любил… Ходил с гармошкой по деревням и устраивал посиделки, записывал местные наигрыши, песни, былины, частушки, поговорки. Про редкие фольклорные находки писал мне в экологический сборник «Любитель природы».
В округе Александр знал историю каждой деревни – эту сжигали когда-то татаро-монголы, здесь веселее и задорнее всего устраивали масленичную неделю, а тут жили лучшие косцы… Порой идем мы с Рубцовым по деревням, а он показывает на каждый бревенчатый дом и рассказывает о нем и о плотниках, что его ставили, целую историю. А сколько он знал, благодаря своей наблюдательности и любви к истории малой родины, деревенских обычаев и традиций!
Уму непостижимо. Они-то больше всего и интересовали Белова.
Одну историю с необычным праздником, жившим только в деревне Ходинцы и приведенным в очерке, повторю снова:
«… -А хочешь, я расскажу тебе, как у нас в округе проводилась навозница, суровозница? – неожиданно спрашивает Рубцов.
– Что это такое «навозница»?! – пожимаю я плечами, но соглашаюсь послушать.
– В деревне Ходинцы я записал такую частушку: «У милашки сенокос, у меня навозница, знать, подзапоздал с вывозом навоза». Понял?! Навоз сваживали сначала с одних дворов, потом с других. С последней телегой никто не хотел ехать. Того, кто ехал на последней телеге, – рядили. Постелят ненужную тряпку, пальто на навоз и с песней едут, кричат: «Килена поехала!». И так в каждом дворе последнюю телегу называли «килена». А когда весь навоз развезут по полям, тогда и праздник?!».