Когда Белов пишет: «Мы знаем, кто изобрел гильотину», он заявляет, что каждому гражданину России должно быть известно, что современная гильотина – это пятая колонна внутри страна, это агенты влияния, ведущие войну с собственным народом, с его памятью, с его стремлением жить суверенно, следуя традициям предков.
Письмо сто одиннадцатое
Письмо сто одиннадцатое
Письмо с очерком о поездке в Сирию я получил 3 мая 2006 года. В конверте также лежал еще один материал – воспоминания о событиях октября-ноября 1993 года, когда Ельцин расстрелял из танков в центре Москвы отечественный парламент.
Обе статьи написаны от руки – мелким-мелким почерком, но разборчивым. К своему стыду, я их не смог нигде опубликовать. Появлялись ли они в печати, мне неведомо. Отсюда появляется второй прилив стыда. Вдруг материалы не опубличены, не доведены до читателя?!
Для истории привожу основные фрагменты беловских воспоминаний. Вначале из очерка о Сирии:
«Навсегда запомнилась удивительная поездка в Сирию. Жил я тогда еще в Москве. Сие обстоятельство и давало мне возможность впервые побывать в США, в Канаде, в Сирии и в Италии. После стрельбы Ельцина по парламенту эти условия отпали сами собой, а вернее, я готовился добровольно покинуть Верховный Совет.
Так вот, Сирия запомнилась мне более, чем Рим и Париж, куда я летал в ту пору. Запомнилась более, чем Афон, где тоже пришлось побывать несколько раз. Афонские скалы и кручи так и стоят у меня в глазах… Да, видел я своими глазами все семь чудес света.
Сирия тоже богата и скалами, и кручами. Эта поездка завершилась приобретением книги о Сирии двух наших корреспондентов Дмитрия Осипова и Сергея Медведко. Первый представлял РИА «Новости», второй – газету и не какую-нибудь, а «Литературную», то есть писательскую. Может, сие обстоятельство и подвигло меня на этот неблаговидный поступок, я «увел» эту книгу, не мог простить Сергею Медведко его публичный призыв служить у американцев, пока Россия разбирается в ближневосточной политике. Так что я нисколько не каюсь, что увел эту обширную книгу. Она, книга, и сейчас лежит у меня на столе. А встречи на сирийской земле с античными и римскими памятниками греют по сей день душу.».
Теперь фрагмент из статьи о расстреле парламента:
«…Во время Горбачевско-Ельцинской смуты меня чуть было не пристрелили Еринские башибузуки.
Они стреляли больше по отблескам фото и кинокамер. Так погиб мой товарищ кинооператор Саша Сидельников. Сколько погибло на стадионе и в застенках у Ельцина, никто практически не считал. Охота на «зайцев» продолжалась довольно долго, погибло много народу, а Черниченко орал чуть не на весь мир о предательстве. А кто и кого предавал, мы еще разберемся. Впрочем, об этих событиях я уже писал и в газетах, и в книгах. Не буду повторяться….