Не могу не процитировать пару примеров из статьи Алексея Рябцева. Именно на них Белов обратил мое внимание.
Первый пример:
«На фоне столь блистательных карьер, сделанных ворами и изменниками, карьера князя Пожарского после 1612 года выглядит более чем скромно. Так, в 1614 году Пожарского по результатам местнического спора ставят по заслугам ниже Бориса Салтыкова. А уж после смерти как чтут! Могила Пожарского была «найдена» только в 1852 году (тогда же была «найдена» и могила Минина).
Получается так: некие изменники вводят врага в столицу; честные русские люди собирают ополчение, воюют и врага из столицы изгоняют, а изменников, вместо того чтобы на столбах развесить, избирают своими руководителями. Ну полный бред! Ясно одно – псевдопатриотическое мифотворчество (как и благоглупости вообще) пределов, увы, не имеет».
Второй пример:
«По большому счету, ополчение Минина и Пожарского потерпело поражение. Да, с польским отрядом, засевшим в Кремле, они справились, но с «русскими» людьми, которых эти поляки в Кремле охраняли (Михаил Романов, кстати, также был в это время в Кремле), справиться они не смогли».
Для Василия Белова история никогда не была бесконечно далека. Обсуждая статью Рябцева, он сказал, что существует определенная связь между историей прошлого и историей будущего, наша задача – из поколения в поколение хранить в себе высшие духовные ценности и не изменять заветам предков.
Письмо сто девятнадцатое
Письмо сто девятнадцатое