Берег прятался в густых зарослях, через которые было почти невозможно пробиться. Наконец добравшись до воды, Эдгар соскользнул в реку, неистовавшую под ударами бури. Он позволил течению подхватить себя. Но продвинулся он недалеко и, подгребя к берегу, уцепился за ветви ивы. Вода заливала его с головой. Он с трудом вынырнул.

Дождь обрушивался сквозь кроны деревьев сплошными потоками, сносимыми хлесткими порывами ветра, что свистел в ивах. Плот, прикрепленный к толстому стволу, рвался с привязи, пенные волны заливали его, грозя утащить за собой. Фортепиано стояло на плоту. Они забыли накрыть его, и дождь колотил по красному дереву.

Несколько секунд Эдгар стоял, ощущая силу течения, пытавшегося сбить его с ног, холод воды, проникающий до костей. Он смотрел на фортепиано. Луны не было, и в колышущихся потоках дождя “Эрар” словно дрожал на грани видимого и невидимого, струи стегали по темному дереву, смутно обрисовывали его контуры, прочные ножки сопротивлялись толчкам волн, бивших в настил плота, крутящих его туда-сюда.

Они должны быстро обнаружить мое отсутствие, подумал он в приступе паники, возможно, уже обнаружили, и только дождь мешает им немедля броситься в погоню и схватить меня. Он пробрался по воде к тому месту, где плот был привязан к дереву, и рухнул на колени. Веревка уже ободрала кору со ствола, обнажив сырую древесину. Он попробовал справиться с узлом, но плот сильно натягивал веревку, и его онемевшие пальцы не могли ослабить узел.

Плот рвался на волю, вода с плеском перекатывалась по настилу, плот в любой момент мог перевернуться. “Эрар” стонал, словно жалуясь, от толчков молоточки подскакивали к струнам, звучание усиливалось с особенно сильными волнами. Эдгар вспомнил о саквояже с инструментами, который брал с собой. Ухватившись за веревку, он добрался до плота и нашел большой сундук. С трудом ему удалось приоткрыть его и просунуть внутрь руку. Пальцы нащупали сухую кожу, и он достал саквояж.

Неловко отщелкнув застежки, Эдгар раскрыл саквояж и принялся лихорадочно перебирать его содержимое, пока не наткнулся на складной нож. Песнь фортепиано сделалась громче, все струны звучали одновременно. Эдгар швырнул саквояж в воду, где его быстро подхватило обратным течением, образовавшимся вдоль берега у плота, и снова прибило к берегу. Река наконец сбила Эдгара с ног, и он упал на колени, цепляясь за веревку. Очки слетели, он поймал их уже в воде и водрузил обратно. Держась за веревку, он раскрыл нож и стал пилить, натянутые волокна одно за другим лопались, и в конце концов веревка порвалась. Плот дернулся, фортепиано запело, когда молоточки взмыли вверх, подброшенные энергией освобождения. Плот на короткий миг замешкался, крутанулся вокруг своей оси, фортепиано зацепило ивовые ветви, листья хлестнули по крышке. А потом занавес дождя упал и “Эрар” исчез.