Дни памяти

23 сентября 1980 года я вела стенографический отчет резолюции Палаты представителей № 8081 – законопроекта, учреждавшего Мемориальный совет Холокоста США. В совет входило шестьдесят членов с правом голоса, назначаемых президентом. Возглавлял совет Эли Визель.

Совет должен был определить приемлемые способы ежегодного увековечения памяти жертв Холокоста гражданским населением в рамках Дней памяти.

Совет должен был определить приемлемые способы ежегодного увековечения памяти жертв Холокоста гражданским населением в рамках Дней памяти.

На совет была возложена обязанность оказывать финансовую и любую другую поддержку празднеств, посвященных Дням памяти, на территории Соединенных Штатов Америки. Кроме того, в задачи совета входило проектирование, строительство и мониторинг деятельности постоянно действующего мемориального музея жертв Холокоста. В рамках этого законопроекта также учреждались образовательный фонд и Комитет по совести, призванные помочь в заблаговременном предупреждении об угрозе геноцида в любой точке земного шара. Помимо всего вышеперечисленного, в законопроекте также оговаривалось, что каждый год Дни памяти жертв Холокоста будут проводиться в течение одной недели, которая будет отмечена национальными гражданскими праздниками на всей территории Соединенных Штатов.

Наконец-то! Все свершилось. А в 1982 году губернатор Колорадо Ричард Ламм открыл первую гражданскую церемонию в честь Дней памяти жертв Холокоста в Колорадо.

Встреча с пресс-секретарем Гитлера

В 1976 году (год двухсотлетия независимости США) исполнилось двадцать восемь лет со дня моего возвращения из Нюрнберга. Национальная ассоциация судебных стенографистов проводила съезд в Вашингтоне, округ Колумбия, чтобы отметить свое семидесятипятилетие, а заодно и двухсотлетие нашей страны. Поскольку на тот момент я уже работала в Конгрессе, ассоциация попросила меня стать председателем съезда, участие в котором готовились принять около девятисот судебных стенографистов из Соединенных Штатов и из-за рубежа. Особые приглашения получили стенографисты из четырнадцати зарубежных стран, в том числе и из Германии. В итоге на съезде были представлены все страны, стенографисты из которых получили приглашения ассоциации. Поездки некоторых стенографистов финансировались правительствами их стран.

В июле, незадолго до съезда, когда я еще работала в Конгрессе США, в моем офисе внезапно появился Хайнц Лоренц, судебный стенографист немецкого Бундестага. Он искал именно меня. Он представился, говоря на безупречном на английском, и произвел на меня впечатление дружелюбного и легкого в общении человека. Я была несколько ошарашена. Мы вспомнили свою встречу в 1972 году, когда ежегодный съезд ассоциации проходил в Денвере. Поскольку в тот раз я была председателем комитета съезда и к тому же должна была вернуться к своей новой работе в Конгрессе, мы совсем не успели тогда побеседовать. К потенциальной встрече со стенографистами из Германии я относилась с некоторым беспокойством.