У меня нет друга ни одного (одна, она в Германии). Мне некому сказать, что я трушу, и не от кого услышать подбодряющих слов, я еще стараюсь сам… Я всегда в глубине души думал, что я трус.
А. Н. Савин, 7 октября
А. Н. Савин, 7 октября
Дела на румынском фронте плохи, и в публике снова пошли слухи об измене в петроградских высоких кругах. Надо, впрочем, прибавить, что сами румыны во всех отношениях очень плохи, вроде греков.
«Новое время», 10 октября
«Новое время», 10 октября
От керосина к лучине.
В благословенной Тавриде керосина нет и в помине. Жители Таврической губернии по вечерам сидят в темноте, а кое-где уже жгут лучину. На лучину же, – передает «К. М.», – приходится переходить и житомирцам.
В Житомире по-прежнему нет керосина. Обыватели сидят по вечерам в темноте. В поисках керосина обыватели ежедневно обивают пороги продовольственных отделов городского самоуправления и земства, но везде их ждет разочарование.
– Керосина нет, а когда будет не знаем. – слышит обыватель в ответ.
Николай II, 11 октября
Николай II, 11 октября
Потеплело, но солнце продолжает упорно скрываться. Из Добруджи пришли нехорошие вести – об отходе наших и румынских войск и об оставлении Констанцы! Почитал бумаги до завтрака.
В. П. Кравков, 11 октября
В. П. Кравков, 11 октября
Командированный мной для санитарно-гигиенического расследования на позиции доктор Толченов (из земских врачей) передает невероятную картину той ужасной обстановки, в которой живут наши несчастные солдаты, – чуть не по пояс в грязи, безо всякого укрытия от непогоды, без теплой одежды, без горячей пищи и чая, выкопанные кое-как подземные логовища обваливаются и погребают в себе заживо ищущих в них пригрева наших серых воинов. Дороги испортились так, что ни пройти, ни проехать, ни верхом, ни в подводе. Сами себя мы разбиваем, расточительно расходуя «человеческий материал», не жалея его… <…>
Вот потрясающая и душу раздирающая картина: идут солдатики босиком, за неимением сапогов, продрогшие, промокшие; всякий, к кому эти несчастные смиренно ни обратятся за помощью, чтобы только от них скорее отделаться, посылает их один к другому из селения в селение – «вот там-де вам дадут, что нужно…» И это картина не эпизодическая, явление не исключительное, а общее.
К. В. Ананьев, 11 октября
К. В. Ананьев, 11 октября
Вообще нужно сказать, что солдаты развинтились донельзя, только офицеры и держат их в кулаке. Да и притом мало осталось хороших солдат, много молодых, которые стоят у бойницы да и спят, как говорят солдаты: «Притулит морду и храпит, ну что с него спрашивать», а есть и такие, которые плачут, когда сильный обстрел. Но понемногу вникают в окопную жизнь и привыкают.