Коммунистические доктрины продолжали доминировать в советской политике, а вторжение в Афганистан в декабре 1979 года послужило напоминанием о продолжающемся авантюризме. Тэтчер по-прежнему уделяла большое внимание важности сильной национальной обороны и укреплению сплоченности НАТО. Она поддерживала усилия Рейгана по укреплению доверия к Альянсу.
В 1982 году Тэтчер убедила Рейгана поставить Великобритании новую баллистическую ракету подводного базирования Trident II на выгодных финансовых условиях, надеясь гарантировать будущее независимого британского ядерного сдерживания. С теми же убеждениями она помогала направлять ответ НАТО на развертывание советских ракет средней дальности SS-20, нацеленных на Европу, и последующие дебаты в Альянсе о принятии американских ракет "Першинг" и крылатых ракет в качестве контрсилы. К 14 ноября 1983 года американские крылатые ракеты средней дальности прибыли в Великобританию; позднее в том же месяце такое оружие было отправлено в Западную Германию. Выступления Тэтчер в поддержку эффективного противодействия советскому ракетному развертыванию принесли свои плоды.
Хотя антиядерное движение потерпело тактическое поражение, оно нашло в Рейгане невероятного сторонника; президент, который однажды назвал ядерное оружие "абсолютно иррациональным, абсолютно бесчеловечным, [и] ни на что не годным, кроме убийства", питал к нему непоколебимое отвращение. Он считал, что его главной обязанностью как президента является создание мира, свободного от ядерного оружия. В марте 1983 года, к изумлению всего мира, Рейган объявил о Стратегической оборонной инициативе (СОИ) - плане по созданию оборонительного щита из оружия космического базирования, способного перехватывать и выводить из строя подлетающие советские межконтинентальные баллистические ракеты (МБР). По словам Рейгана, СОИ поможет миру "начать к достижению нашей конечной цели - устранению угрозы, исходящей от стратегических ядерных ракет".
Тэтчер сомневалась в том, что система SDI технологически осуществима или может достичь того грандиозного потенциала, который Рейган приписывал ей. Она опасалась, что план Рейгана выходит за разумные рамки, и направила свои усилия на решение более практичной, по ее мнению, задачи обеспечения обороны Европы. Кроме того, она опасалась, что даже несовершенная система SDI может подорвать обоснование независимого ядерного сдерживания Великобритании.
Лавируя между личной приверженностью Рейгана и собственными сомнениями, Тэтчер не в первый раз выбрала конструктивную двусмысленность. На публике она старалась хвалить SDI - хотя ее внимание было сосредоточено на исследовательском компоненте, который она принципиально поддерживала. Она считала, что фактическое развертывание SDI, более спорный вопрос, должен быть отложен в далекое будущее и стать предметом переговоров внутри Альянса и с Советским Союзом.