Еще одним возможным результатом «альтернативной истории» Мак-Микина мог бы стать настоящий союз между Германией и СССР против Франции и Великобритании. Даже в Тегеране «более твердая позиция» могла бы многое изменить (с. 656), пишет автор. В ноябре 1943 г. британцы и американцы застряли на юге Италии, а Красная Армия заняла Смоленск и Киев. По части «убийства немцев» главным специалистом был Сталин, а не Черчилль и Рузвельт (с. 439–440). Вермахт победила Красная Армия, а не США и Великобритания. Мак-Микин никак не отвяжется от ленд-лиза: по словам автора, его нужно было прекратить в 1943 г. или требовать уступок в ответ. Вряд ли автор понимает, что победы Красной Армии над вермахтом были услугой за услугу. Мак-Микин даже предполагает, что Рузвельту следовало держаться подальше от европейской войны и позволить Гитлеру и Сталину «воевать без ленд-лиза, смещавшего баланс сил на восточном фронте» (с. 659). Это было популярной идеей в Великобритании и Франции в 1930-е гг. Похоже на своеобразную версию взбесившегося американского изоляционизма.

По сути, новая книга Мак-Микина – это анахронизм. Возможно, нечто подобное могло бы стать объемным справочником для посла США в Москве Аверелла Гарримана и главы военной миссии генерала Джона Р. Дина, когда они бросились назад в Вашингтон после смерти Рузвельта 12 апреля 1945 г., чтобы убедить нового президента Гарри Трумэна отказаться от советских союзников. Вероятно, не было совпадением то, что четырьмя годами ранее Трумэн был готов встать на сторону или Гитлера, или Сталина, в зависимости от того, кто выиграет войну между ними. Мак-Микин предполагает, что следовало договориться с Германией о сепаратном мирном договоре в какой-то момент между 1939 и 1943 гг., чтобы обеспечить мир в Западной Европе в обмен на «развязанные руки» на Востоке (с. 660). Это был как раз тот исход, которого боялся нарком Литвинов и который он пытался предотвратить, что и сделал Сталин, согласившись подписать с Германией пакт о ненападении.