— Запишите мой приказ, Фоссель.

Письменный приказ всегда более весом.

— Все приготовления к отлету должны быть немедленно прекращены. Все архивы должны быть возвращены в сейфы. Мы останемся здесь ровно столько, сколько позволят нам нийордцы. Если операция окончится неудачей, мы улетим все вместе, когда истечет отведенный нам срок. Мы возьмем только то, что можно унести в руках; все остальное останется здесь. Возможно, вы не понимаете, что мы находимся здесь для того, чтобы спасти эту планету, а не набитые бумагами сейфы.

Краем глаза он заметил, что Фоссель побагровел от гнева.

— Как только это будет отпечатано, принесите приказ на подпись. А также все отчеты о работах, проведенных в рамках этого проекта. Пока все.

Фоссель вышел. Минутой позже Брайон заметил, что сотрудники бросают на него злобные взгляды. Он повернулся к ним спиной и принялся открывать один за другим ящики стола. Верхний оказался пустым, в нем был только один запечатанный конверт, адресованный Победителю Айхьелю.

Брайон задумчиво посмотрел на него, потом вскрыл послание. Внутри находилось письмо, написанное от руки.

Айхьель!

Я получил официальное уведомление о моем освобождении от этой работы. Это известие вызывает у меня только огромное удовлетворение и радость. У тебя больший опыт работы на диких планетах, и ты сможешь найти общий язык с подобными типами. Я же последние двадцать лет специализировался на научных изысканиях, и единственная причина, по которой я был назначен планетарным наблюдателем на Нийорд, в том, что там имелись чрезвычайно благоприятные условия для проверки научных данных. Я — исследователь, а не клерк, и никто никогда этого не отрицал.

У тебя могут возникнуть проблемы с сотрудниками, так как большинство из них были набраны с бору по сосенке просто среди тех, кто оказался под рукой. События развивались настолько стремительно, что мы не успели ничего сделать, чтобы предотвратить их. Мы не можем найти подхода к местным жителям. Это ужасно! Они нарушают все законы! Я применял к ним распределение Пуассона по десятку разных показателей, но результаты не похожи ни на что, известное нам. Экстраполяции Парето к ним тоже неприменимы. Наши практики не могут даже завязать общение с местными жителями, а двоих убили при попытках контакта с ними. Добраться до правящей элиты практически невозможно, а остальные просто молчат и уходят.