Скоростью передвижения можно было гордиться, даже гонец, принесший мне эту весть, потратил на дорогу значительно больше времени, хотя менял лошадей так часто, как это было возможно. Это рекорд, который вряд ли кто-нибудь побьет до того времени, когда в этом мире появятся автомобили, но будь оно проклято, то обстоятельство, которое меня на него вынудило.

Меня опять никто не узнал, вернее, почти никто. Лишь один дворянин, показавшийся во дворе с чашкой того же самого напитка, проводил меня в путь изумленным взглядом. Весь его вид словно говорил: «Что вы здесь делаете, ваше величество, один, без свиты и в таком виде?»

А что здесь делаешь ты, молодой, здоровый, с заспанным и слегка опухшим после вчерашних излишеств лицом, когда сейчас на западе, в провинции Тосвер, решается судьба Империи?

Все произошло через пару часов после последней остановки. Тракт, соединяющий столицу и город-порт Гроугент, прямой как стрела почти на всем своем протяжении, в одном месте закручивался чуть ли не в петлю. Спуск с поворотом, в самом конце спуска — поворот налево, теперь уже с подъемом, и снова поворот и спуск.

В моем мире такие участки дороги обычно называют «тещиным языком», и подобный язык есть чуть ли не в каждой местности. Здесь такого названия нет, хотя вряд ли в этом мире тещи другие. Мне об этом судить трудно, Янианна — сирота.

Ворон под уклон прибавил в беге, и из-за поворота мы выскочили на бешеном галопе. Выскочили, чтобы едва успеть затормозить. В низине тракт не слишком широк, особенности рельефа. Так вот, дорогу чуть ли не полностью перегородили две сцепленные телеги. Одна из них, та, что побольше, с наращенными бортами, лежала на боку, полностью освободившись от груза — капусты, раскатившейся по всей округе. Вторая, прикрытая пологом и груженная непонятно чем, оставалась на колесах.

«Вероятно, все произошло совсем недавно, — решил я, потому что вокруг телег, пытаясь их расцепить, суетились люди, человек семь, не меньше, с виду — типичные крестьяне, причем не самые зажиточные. — И виновата во всем та, что была загружена капустой. Телегу перегрузили, и на спуске ее понесло. А урожай капусты в этом сезоне хорош, очень хорош. Столько возов с ней по дороге попадалось, что такой вывод сам собой напрашивается. Ждать же, когда они расчистят проезд, смысла нет. Слева обойти их будет затруднительно, там откос, а вот справа… Если слезть и взять Ворона в повод, то можно и протиснуться. И вообще, закончится война, надо будет заняться этим вопросом — спрямить дорогу. Чуть ли не главный тракт в Империи — и такое безобразие».