В ярости он метнул несколько гранат вслепую, но без ощутимого эффекта. Дирк мог его понять – потеря пальцев, в отличие от новых дырок в корпусе, серьезно ухудшала функциональность «висельника». Если он не сможет держать в руках оружие и Бергер сочтет, что время пришло, ему остается только стать штальзаргом. Незавидная судьба даже для мертвеца.

Дирк высунул ружье за угол и разрядил ствол – больше для того, чтобы сбить спесь с излишне самоуверенных гренадер, чем с расчетом на серьезный урон. Им нужно было время. И помочь им сейчас мог лишь один человек.

Дирк закрыл глаза и мысленно позвал: «Мейстер!».

И тоттмейстер отозвался, его холодный голос скользнул в сознание Дирка порывом стылого осеннего ветра.

«Слушаю вас, унтер-офицер Корф».

– У нас неприятности, мейстер.

«А ведь он может швырнуть нас вперед, как в предыдущий раз, – мысль покатилась крошечным ртутным шариком, холодным и твердым. – И он именно так и поступит, если сочтет, что своей смертью мы принесем больше пользы».

«Что такое?» – спросил тоттмейстер сухо. Мысли Дирка были для него открытой книгой, как и его чувства восприятия. Но сейчас он, должно быть, был слишком занят, чтобы уделять ему внимание. Тоттмейстеру приходилось координировать действия сразу нескольких взводов – серьезная нагрузка даже для магильера его уровня.

– Прижаты плотным огнем, – доложил Дирк. – Гренадеры.

«Сами справитесь?»

– Едва ли, мейстер.

Он ощутил прикосновение чужого разума, бесцеремонное и быстрое. Этот разум проник в его мысли, воспоминания и чувства, легко, как щуп сапера проникает в мягкую землю, без всякого сопротивления, и Дирку оставалось только сжать зубы, ощущая внутри своего черепа чьи-то невидимые и быстро снующие пальцы.

Зато это помогло избежать долгих объяснений – когда тоттмейстер заговорил спустя две секунды, он уже был в курсе обстановки и знал все детали.

«Плохо дело, унтер Корф. Кажется, вас там хорошо прижали».

Несмотря на то что повода для оптимизма в его словах не было, Дирк ощутил мимолетное облегчение – тон мысленного голоса мейстера был уставший, но не раздраженный. Значит, штурм развивается не самым плохим образом. Может, есть шанс.

– Прижали как в тисках, мейстер. Хорошо бы кто-то ударил им в тыл. Может, пару пулеметчиков или ребята Тоттлебена…

«Я попытаюсь вам помочь, унтер, – сказал тоттмейстер. – Оставайтесь на позиции».

Ощущение чужого разума исчезло, собственное сознание показалось Дирку дном пустого колодца.

– Ну как? – спросил Жареный Курт, когда Дирк открыл глаза. – Что говорят ангелы?

– Попробуют нас вытащить из той кучи коровьего говна, в которую мы влезли, – ответил Дирк. – Но как и когда это произойдет, мне…