— Опасность и страх. Осмотрительны и тверды. — повторил Грачев не смея улыбнуться.

Откуда-то справа доносился трубный рев оленя. На открытых участках почвы ясно печатались свежие следы серн. Но сейчас друзья стремились выше в горы, им не было дела до близкой, легкой добычи. Пробираясь среди замшелых гранитных глыб, толстых корневищ высоких пихт, еще до полудня они вышли на гребень скальной гряды, длившейся к западу и сопрягавшейся с темным силуэтом Ферты.

Острые пики горы, как выщербленные в битве клинки вонзились в синеву неба. Грачев с удовольствием зрел открывавшуюся панораму, наблюдал за полетом могучих орлов. Словно любимые сыновья ветра птицы парили над скалами, распростерши крылья в светлом воздухе. Внизу находилась долина нутов.

Их селение было не так далеко: можно было разглядеть курящие дымами шалаши и крохотные фигурки родственных человеку существ.

Оставляя справа отвесные скалы, охотники двинулись на запад к крутым отрогам Фетры.

Туда Грачев не добирался никогда.

Хетти обещал будто охота в тех местах на ловких туров, у края пропасти над холодными ручьями принесет небывалый подъем духа и удовлетворение. Конечно Андрей согласился с ним, но гораздо больше, чем жаркое из горных козлов его влекло желание видеть с высоты Ланатон и Ноафину, о секрете которой он как-то прослышал.

Следуя по скату, поросшему тучными травами, малиновыми свечами лаванды, лимонно-желтыми лилиями, качающимися на высоких стеблях, охотники добрались до широкого разлома, косо делившего поросший хвойными лесами склон. Одолевая крутой и долгий подъем, они потратили много сил, тяжело дыша ступили на карниз, образованный базальтовой плитой. Андрей, желая скорее расположиться на отдых, утолить мучивший голод, приметил удобный для этих целей грот, однако Хетти попросил набраться терпения и через несколько сотен шагов они вышли на площадку, отстоявшую от тела горы словно протянутая ладонь.

Здесь мы можем отдохнуть с пользой, — сказал аотт. — Отсюда видна часть нашей земли еще не знакомая тебе. Теперь можешь судить сам велика ли она в сравнении с миром или ничтожно мала.

— Как маковое зерно, — рассмеялся Андрей, — но и мир тогда не больше ореха.

Горы громоздившиеся с трех сторон образовали подобие гигантского цирка. Серебристой нитью вилась среди лесов и дугой Оеки. — К ней стекались многочисленные ручьи бегущие со склонов Ферты, гор поменьше хотя сама долина храмов начиналась, можно сказать, под ногами Грачева, до Ланатона было не близко по масштабам этой страны. Дома Сфер казались неприметными камешками брошенными на зеленый ворсистый ковер. Только Пирамида выделялась на фоне игрушечных построек величиной и каким-то неестественно желтоватым цветом. Потом Андрей повернулся на юго-запад. Там виднелись столпообразные скальные выросты во множестве и весьма прихотливых форм, как причудливые дома, как целый город духов. Белая пелена, покрывавшая край той земли, усиливала впечатление нереальности.