Теоретически похитители (или убийцы) могли поджидать его и в квартире — проникнув в нее загодя (как это только что проделал я), но при живой-здоровой Мими шансов на такую засаду, как мне сдается, никаких. Значит, он сам отворил кому-то дверь — и этот «кто-то», джентльмены, мог быть только из числа своих: Ди, конечно, не оперативник — но с разведкой связан не первый год и азами ремесла владеет. А уж соблюдать элементарную осторожность, сознательно отведя себе перед тем роль живца…

Дрянь дело, понял он, совсем дрянь… Но хоть ясность появилась — это плюс!

Тем временем повеселевшая Мими, не доев даже до конца свой изюм, вдруг отправилась к камину в противоположном углу гостиной; мгновение — и она исчезла в каминной трубе. Бонд не успел даже толком удивиться, когда обезьянка вернулась (даже не перемазавшись в саже, как с любопытством отметил он) и положила на стол перед ним свою добычу.

Уолсингемов пакет — тот самый…

Пакет был вскрыт с торца, а под бечевку обвязки с сохранившимися на них сургучными печатями Службы были подсунуты, небрежно и второпях, несколько сложенных листков с заметками. Ага, та самая бумага ин-кварто и те самые фиолетовые чернила, что в приборе с каминной полки, механически отметил он про себя — «для рапорта».

Даже от самОй мысли — прикоснуться с этой топ-секретной бомбе с шипящим фитилем — пробегал могильный холодок по хребту, однако отчаянные времена требуют отчаянных мер, а прощение получить легче, чем разрешение.

Глава 18

Глава 18

Танцы с бурыми мишками

По исчислению папы Франциска, 17 и ночь с 17 на 18 октября 1563 года.

Ливония, Рига.