Бёртон взглянул на помощника. Корни волос Суинбёрна остались огненно красными. Все остальное выцвело до оранжевого, цвета соломы, а кончики волос и вовсе побелели. Они падали густой массой на его покатые плечи. Кожа давным-давно перестала быть красной как у жареного рака и превратилась в темно-коричневую, а бледно-зеленые глаза смотрели еще живее. Он обзавелся редкой клочковатой бородой, стал худым как щепка и весь покрылся укусами и царапинами. Разорванная одежда лохмотьями свисала с него.

— Извини, Алджи. Я не должен был тащить тебя за собой.

— Ты шутишь? Это лучшие мгновения моей жизни! Ей-богу здесь мои корни, в поэтическом смысле. Африка, она настоящая! Не тронутая цивилизацией! Примитивная! Африка — сущность поэзии. Я мог бы счастливо прожить здесь всю жизнь! Кроме того, — он посмотрел на Бёртона снизу вверх, — не забывай о мести.

Бёртон немного помолчал, и только потом ответил. — Тебе не придется долго ждать. Эти мертвые животные, которых я видел — не сомневаюсь, что их убил наш общий знакомый, кровожадный охотник.

— Спик!

— Да.

Они пришли в Туру, самое восточное поселение Униамвези, Земли Луны. Бёртон вспомнил, что деревня расположена посреди низких скругленных холмов и обработанных полей; привлекательная для глаз, она была настоящим бальзамом для усталых душ после многих дней монотонной скучной ходьбы. Но, выйдя из входа в долину и оглядев деревню, они увидели ужасную сцену разгрома. Большая часть домов Туры была сожжена дотла, повсюду валялись трупы и раненые. Только пятьдесят четыре человека осталось в живых — женщины и дети — многие из них были ранены, все страдали от жажды и голода. Сестра Рагхавендра и Изабелла Мейсон — обе восстановившиеся после болезни — бросились их лечить, но двое умерло сразу после прибытия экспедиции, а в течение дня они потеряли еще восемь.

Разбили лагерь, и Бёртон собрал тех женщин, чьи раны оказались не серьезными. Вначале они отказывались говорить и порывались убежать, но его щедрость — он накормил и напоил их всех — а также присутствие большого числа женщин, особенно Изабель Арунделл, которую они полюбили почти сразу, постепенно рассеяла все их страхи, и они объяснили, что на деревню напало «много белых дьяволов вместе с демонами, сидевшими внутри растений». Демоны и дьяволы обрушились на них без предупреждений и пощады, перебили всех мужчин, а потом забрали с собой зерно, скот и все, что только могли.

Женщины рассказали Бёртону, что со времени атаки солнце поднималось только дважды.

Он собрал всех своих друзей в полуразрушенном бандани.