— Что ты хочешь сказать?

— Кроули — невероятно могущественный месмерист. Один пронзительный взгляд его дьявольских глаз, и ты полностью теряешь силу воли.

— Я и сам неплохой месмерист, — заметил Бёртон.

Уэллс хрюкнул.

— Да, помню, я читал об этом. Но до нашего главного медиума тебе далеко. Однако у моего редактора есть связи. Он потянул за несколько ниточек и сделал так, что эти парни — он указал на трех солдат — и я оказались на борту Британии. Мы собираемся похитить тебя.

— Похитить?

Они добрались до верха лестницы и пошли по короткому проходу.

— Просто верь мне, Ричард.

Один из томми остановился у двери. Другой открыл ее, и Уэллс провел Бёртона на командный мостик.

Исследователь оказался в комнате, наполненной панелями управления, нивелирами, колесами, трубами и различными измерительными приборами. Двенадцать членов экипажа стояли у различных приборов, но внимание Бёртона немедленно привлек высокий человек, стоявший перед широким окном с изогнутым стеклом.

— Рядовой Фрэнк Бейкер, сэр, — объявил Уэллс.

Человек повернулся. Худой, с печальными глазами и неправильными чертами лица, коротко подстриженными усами. На нем была темная форма с двойным рядом серебряных пуговиц и фуражка с козырьком. Он оглядел Бёртона с ног до головы.

— Вы привлекли внимание людей, сидящих очень высоко, Бейкер, — сказал он резким четким голосом, говоря слегка в нос. — Почему?

Бёртон отдал честь и, внезапно, покачнулся.

— Не волнуйтесь, — сказал Эйткен. — Схватитесь за что-нибудь. Мы переваливаем через холмы.

— Я даже не заметил, что мы движемся, — ответил Бёртон.

— И не заметите, пока мы не окажемся на очень изрезанной местности, но даже и там это будет похоже на океанскую качку. Отвечайте на вопрос.

— Откровенно говоря, сэр, я совершенно не понимаю, почему кто-то вообще должен мной интересоваться. Я провел два года в лагере для военнопленных.

— А до этого?