— Хорошо, за тобой.
Королевский агент посмотрел на тело Сиди Бомбея. Еще одна смерть. Еще один погибший друг. Еще одна часть мира, оторванная от него.
Он невольно спросил себя, сколько потерь он в состоянии выдержать.
Делать нечего, придется оставить африканца здесь. Возможно, он сумеет его похоронить позже, если до трупа первыми не доберутся животные.
Траунс смотрел, как Суинбёрн перекладывает содержимое трех мешков в один.
— Сколько у нас осталось? — спросил он.
— Немного! — ответил поэт. — Одна неповрежденная бутылка воды, выщербленный секстант, ключ Герберта, масляная лампа, коробок спичек, бинокль из
— То, что в начале экспедиции несло сто двадцать человек, сейчас возьмет один! — пробормотал Бёртон. — Выбрось секстант, и мы уходим.
Он забросил мешок за плечи и указал на упавшие камни впереди и по обе стороны едва видимой тропы, вившейся посреди ущелья.
— Уильям, ты к основанию утеса, туда. Алджи, нырнешь под выступ. Герберт, беги к тому камню. Я попробую камень у поворота тропы — видите его? Оттуда я осмотрю дорогу и крикну, куда бежать. Готовы? Хорошо. Вперед!
Трое людей — и заводной механизм — вылетели из укрытия и брызнули в разные стороны. Полетели копья, их наконечники трескались, ударясь о каменистую землю.
Суинбёрн первым добрался до своего укрытия.
Бёртон следующим, хотя ему пришлось пробежать больше других.
Траунс зашатался, когда отскочившее копье ударило ему в лицо, но, к счастью, не получил серьезную рану.
Меньше всего повезло Герберту Спенсеру. Из-за поврежденной ноги, он не бежал, а скорее шаркал по земле, и его ударили три копья. Первое отлетело от плеча с громким звоном.
— Ой! Черт побери! — протрубил он.
Второе оставило борозду на его спине.
— Ааа! Они достали меня!
Третье прошло через левую щиколотку, и нога почти оторвалась, оставшись висеть только на тонком кабеле.