Одна из веток потянулась к ним с такими стонами и скрипами, как если бы его древесина гнулась и вытягивалась. Она двигалась до тех пор, пока свисавший с нее гигантский цветок — лепестки которого щетинились колючими зубами, а из основания торчали похожие на пузыри выступы — не оказался прямо перед Бёртоном.

Пузыри надулись. Лепестки изогнулись, открыв похожий на закрытый бутон нарост. Пузыри сократились. Из губ бутона подул ветер, произведя пронзительный визг — как будто спустил детский воздушный шарик. Губы задвигались и преобразовали визг в слова.

— Клянусь шляпой, Ричард! — сказало растение. — Ты-то наслаждаешься жизнью! Что за чертовщиной ты занимался?

С глубокого индиго африканского неба спустилась тонкая линия.

Она раскачивалась и дрожала в горячем плотном воздухе, по дуге устремляясь в расселину.

— Копье! — крикнул Сиди Бомбей за мгновение до того, как оно вынырнуло из горячего тумана и вонзилось ему в грудь, отбросив назад. Он сел на каменную землю, посмотрел на дрожащее древко, потом на небо и, наконец, на Бёртона.

— Вау! — сказал он. — Мистер Бёртон, пожалуйста, пошли сообщение моей четвертой жене. Скажи ей...

Он упал на спину, копье встало вертикально.

Из его рта хлынула кровь. В глазах отразилось лазурное небо, они остекленели.

— Засада! — проревел Бёртон. — В укрытие!

Англичане бросили мешки и нырнули в тень высокого камня. Копья сыпались дождем, громко щелкая по каменистой земле.

Бертон осторожно выглянул из-за камня и посмотрел на противоположный край ущелья: несколько темных силуэтов. Тут же копье ударило в камень в дюйме от его головы. Он отпрянул обратно.

Рядом с ним лежал Спенсер.

— Герберт, ты как? — спросило Бёртон.

— В порядке, босс.

— Уильям! — крикнул исследователь. — Ты не ранен?

— Здоров как бык! Но я бы почувствовал себя лучше, если бы наши чертовы винтовки работали! — пришел ответ из-за камня, находившегося в ста восьмидесяти футах от Бёртона.

— Алджи? — крикнул исследователь.