Вид дирижаблей наполнил меня страхом, и я стоял неподвижно, ожидал, когда в шлеме прозвучит голос Гарсона, когда услышу приказ. Но Гарсон молчал, и я подумал, что он мог погибнуть во время взрыва. И я понял, что наш захват Кумаи но Джи - всего лишь карточный домик, а теперь, когда подошли подкрепления с юга и в городе началось восстание, карты домика падают друг на друга. Как будто земля уходила у меня из-под ног, и я чувствовал, что падаю.

Но тут дирижабли пролетели над низким холмом, и неожиданно ожила одна линия кибертанков. Луч чистой энергии разрезал небо и по очереди коснулся всех дирижаблей, и они один за другим вспыхнули. Секунды спустя землю потрясла последовательность множества взрывов, и от этих гулких взрывов задрожали дома и качнулась земля.

Даже после взрывов части дирижаблей продолжали висеть в воздухе, и огромные куски горящей материи падали на пылающие здания. Я пытался рассмотреть людей в меньших обломках, падающих с неба, но видел только обожженные бесформенные фигуры.

Я огляделся и увидел, что все: и наемники, и японцы - остановились и смотрят на взрывы. На пороге каждого дома стояли люди и в ужасе смотрели в небо; с широко раскрытыми ртами полными слез глазами смотрели они на висящие еще в небе части дирижаблей.

Казалось, японцы сморщились. Они не кричали. Не плакали. Не бросались на нас. По-прежнему звучали ружейные выстрелы, но после мощных взрывов дирижаблей они напоминали хлопушки. Наемники избавлялись от последних вооруженных самураев. И так же быстро, как началось, восстание закончилось.

Один за другим японцы у домов склонили головы, признавая поражение, и вернулись в дома. А мы - в свое укрытие.

Остальная часть утра прошла спокойно. Гарсон объявил военное положение и приказал всем японцам оставаться в домах. Японцы повиновались, словно получили приказ от своих корпоративных божеств. Под городом обнаружили и уничтожили с десяток подземных ходов. Взрыв в одном из таких ходов разрушил фундамент театра. Рано утром на улицу выехала в своей коляске Тамара, направляясь к буддистскому храму, и я обрадовался, что она жива.

Я помахал ей руками и крикнул, но она проехала мимо. Перфекто и еще несколько человек ушли в нижний город и вернулись с достаточным количеством еды и выпивки, и мы устроили пикник. Поджарили на костре на улице небольшую свинью, потом по очереди поспали.

Но я не мог уснуть. Снова и снова проворачивал в сознании все увиденное - каждого убитого нами - снова и снова.

Во второй половине дня на улице показался большой механический серебристый паук на шести ногах, он остановился у бункера перед нами и присел возле нескольких человек, которые вскоре выстроились в ряд. На спине у паука был лазер, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы узнать в нем древнего механического посыльного: такие в старину использовались военными для передачи сообщений, если нельзя было воспользоваться радио или лазером из боязни перехвата. Приблизившись к нашему бункеру, паук остановился и подключил к себе одного из наемников. Тот вставил вилку в розетку у основания своего черепа. Несколько секунд спустя он отключился, встал и пошел по дороге.