— Огонь по пролому! — эхом отозвался командир третьего взвода с другой стороны крыши. Похоже, что там пока все в порядке.

Установленные заряды сдетонировали с ужасающим треском, воздействовавшим больше на зрение, чем на слух. Каждый заряд представлял собой липкую полоску, содержавшую нить из взрывчатого вещества PDM — скорость распространения которого в области горения сравнима со скоростью света. Заряд был столь мощным, что вызывал значительные разрушения уже за два метра от цели, а при соприкосновении результат был поистине чудовищен.

Прямоугольный кусок крыши размером с дверь исчез внутри проема. Десантники в боевых скафандрах, защищавших от острых стекловидных игл полиборэйта, пронзительно закричав и закрутившись при взрыве, броском пересекли открытое пространство, ведя непрерывный огонь из автоматических винтовок. Цели намечали датчики, установленные в их шлемах; иногда их нервная система давала осечку, и они нажимали на курок без сигнала. Хорькам было над чем призадуматься.

Такие же взрывы, слегка ослабленные завыванием подъемных двигателей «Бонни Паркера», раздались и с противоположной стороны.

— Альфа готова! — доложил по командному каналу первый взвод. Ковач уже увидел десантников, готовых броситься в образовавшийся проем.

— Бета готова! — Два отделения второго взвода под командованием лейтенанта, согласно плану операции, должны были перекрыть все выходы из здания, чтобы хорьки не прорвались к беззащитным пленникам и не устроили кровавую расправу.

— Каппа готова! — сообщил командир третьего взвода — это его саперы взорвали проломы.

— Дельта готова! — Это сообщил взвод тяжелых орудий.

Тяжелые плазменные пушки на трехногих лафетах появились с каждой стороне крыши. Одно орудие вело огонь, поддерживая штурмующие подразделения.

— Гамма готова! — сообщил сержант Брэдли, ухмыляясь, с верхней площадки лестницы, где они с Сенкевич и парой оставшихся отделений второго взвода поджидали капитана.

— ВСЕ ВПЕРЕД!!! — приказал Ковач, запрыгнув на площадку.

За мгновение до этого Брэдли полосковым зарядом высадил ведущую на лестницу дверь.

Три штурмовых отделения второго взвода поливали огнем все открытое пространство. Ответный выстрел или рикошет выбил тучу искр из керамической брони десантного скафандра капитана. Он зашатался, но устоял на ногах. Два его помощника, согнувшись, поволокли вниз свои громоздкие и тяжелые устройства.

— К черту все это! — заорал капитан на Сенкевич, заметив что та повесила плазменную пушку на плечо, и поднял ее автоматическое ружье.

— А, иди ты… — огрызнулась, явно отказываясь выполнить прямой приказ командира…