– Что ж, сержант Хэллер посчитал бы, что нам повезло, – сказал Гнутый. – За самку начисляется больше всего очков.

– Похоже, они нас еще не учуяли. Ветер в нашу сторону.

– Может затаимся? – предложил Цеце. – Ночь на носу, а сколько их там, неизвестно.

– Где они были днем?

– Может специально ждали темноты?

– У них же ни капли разума!

– Почему нам ночную оптику не выдали? Слышите меня, командиры хреновы? Если мы все тут поляжем, то это будет на вашей совести!..

Бойцы перешептывались, опасаясь, что копошащиеся в ущелье экстерры могут их услышать.

– Огонь пока не открывать, – немного поразмыслив, сказал капрал Буасье. – Стрелять, только если они полезут наверх.

– Конечно полезут, – уверенно сказал Гнутый. – Чего им там внизу делать?

– Давайте затаимся, – опять предложил Цеце. – Мы должны контролировать вход в пещеру. Вот и будем его контролировать.

– Тихо! – сказал Буасье, вскинув руку. – Они идут!

– Я говорил, – сказал Гнутый и взял ручную гранату, подкинул ее на ладони, словно булыжник. – Ну что, начнем, капрал?

Пискнул чей-то коммуникатор. Бойцы синхронно глянули на запястья. Но сообщение пришло только к командиру. Капрал Буасье быстро его прочел и махнул рукой:

– Огонь!

Два пулемета ударили по ожившим кустам; трепыхаясь, повисли в воздухе огненные нити трассеров, заплескались языки дульного пламени, и сразу стало заметно, насколько же сгустился мрак за последние полчаса. Гнутый, крякнув от усилия, кинул ручную гранату в сторону пещеры, сразу же схватился за штурмовую винтовку. Фыркнув, ожгла тьму пылающая струя напалма, огненным водопадом обрушилась вниз, на камни. Лязгнули подствольные гранатометы, зашвырнув гранаты, похожие на толстые сардельки, к самой пещере. Окружающие скалы содрогнулись, словно зарницами осветилось низкое небо.

Через минуту в расщелине не было ни одного живого экстерра. От кустов остались лишь редкие тонкие прутики, и оголенная пещера чернела на фоне горящей земли, будто вход в саму преисподнюю.

Пули щелкали по камням, рвали туши мертвых экстерров.

– Отставить огонь! – приказал капрал Буасье, не дожидаясь приказа по коммуникатору.

Стрельба прекратилась не сразу. Лишь расстреляв обойму, бойцы опускали оружие. Последним смолк рокочущий пулемет Шайтана – кончилась лента.