Простор дышал умиротворением и покоем.

Сердце ухало, нагнетая кровь во вздрагивающие трубочки артерий, грохотало в ушах. Легкие наполнялись воздухом, терпким как вино, и вгоняли в кровь кислород. Зрение впитывало краски…

Сашка чувствовал, что нужно идти. Потому что ноги едва держали. И, стоя на месте, он, как пьяный, едва мог удержать равновесие.

Но он стоял, удерживая мгновение рая. Зная наверняка, что никогда больше не увидит это место. Никогда в жизни.

«Сиреневая тропа», — всплыло откуда-то из глубин сознания. И на реальность наплыло видение какой-то тропинки между двух рядов цветущей сирени, тяжелые грозди которой свисали, смыкаясь над головой.

Красиво и торжественно.

Как в храме.

И между ними — этими гроздьями цветов — пробивались лучи, окрашенные в лиловый, белый и янтарный цвета. И все пространство под этими кустами было иссечено разноцветными лучами. И ветерок шевелил цветы. И качал солнечные лучи.

Но видение исчезло, оставив странный аромат, какой бывает только после очень приятных воспоминаний. И взору снова предстала долина.

— Сиреневая тропа… — пробормотал Сашка и морщил лоб, пытаясь вспомнить, какое отношение к этой долине имеет эта сиреневая тропа.

По ней можно было то ли войти в долину, то ли выйти из нее. Или наоборот, по этой тропе из долины можно было попасть куда-то в очень важное другое место.

Воспоминание было где-то совсем рядом.

Совсем поблизости.

Он знал, что ничего не знает и не может знать об этой долине. Ничего не слышал и никогда прежде не видел никакой сиреневой тропы. Но при этом не сомневался, что если постарается, то вспомнит! Начнет вспоминать об этой тропе.

Сине-фиолетовая, будто сотканная из гроздьев сирени птица, похожая на страуса эму, шла по дороге вниз с холма. Шла быстро, уже не задерживаясь и не останавливаясь, важно вскидывая голенастые ноги.

Нужно ли теперь было идти за птицей?

Можно было пойти. А можно и не ходить.

Но стоять вот так было нельзя.

Чудесная долина звала к себе.

И будто не пускала. Не так чтобы вовсе отталкивала, но что-то держало. Словно нужно было сделать этот шаг осмысленно и целенаправленно. Словно что-то незримое, но властное советовало подумать прежде, чем идти.