Новинки тоже есть. Вот щетки зубные и зубной порошок. А приказчик – ну молодец – знает, как товар расхвалить. Все растолковывает, все показывает. Рука целителя Исса.

Однако умиляться рано. Ткани дорогущие, явно привозные. Да и тех немного. Резиновых сосок нет вообще, хотя их нет вообще на планете. Это тоже непорядок, но он иного плана. Бумагу и чернила в продаже найти не удалось. Кстати, а как здесь расплачиваются? Золотым песком, шкурками, гвоздями. Но гвозди принимают неохотно. Дешевеют. Да, государыня, запустила ты дела, дальше некуда.

Расспросила на пристани, нашла лодку из Охотска, договорилась с мужиками. Попрощалась с Гавриилом и снова в дорогу. Раз уж начала владения осматривать, надо как следует все поглядеть.

Два дня выгребали против течения. Шли у самого бережка, где сносит поменьше. Лодка, тяжело груженная мешками, неохотно разгонялась и лениво поворачивала. Попутчики неразговорчивыми были, пока гребли. И на привале, пока Ветка кашеварила, а они готовили постели из лапника, тоже с расспросами не приставали.

Перед едой, как расселись кружочком вокруг котелка да повынимали ложки, каждый хлебнул из своей тыквенной фляжки ровно по глотку. Ветке не предложили, да она и не хотела. Крепковат напиток на ее вкус. И, опять же, к турсун-траве у нее отношение более чем настороженное. А вот мужички из Охотска иного мнения. А как только котелок опустел, тут и разговор завязался.

– Ты, девонька, в наши места по делу едешь или в гости?

– И так и эдак, выходит. Слышала, Фома, старшина тамошний, собирался меня к вам в село зазвать. Вот и еду. А по делу или в гости – видно будет.

– А сама-то ты по какой части? Сестра милосердная или детишек грамоте обучать?

– Ни то ни другое. Фома говорил, мужики на меня посмотреть любопытствуют.

Все трое оглядели Ветку от макушки до хвоста. Вроде как тема исчерпана. Однако чуть погодя один снова поинтересовался:

– И как же ты не опасаешься одна, без заступника, с чужими людьми да в такую даль?

– Да ведь я здесь дома. Не чужая.

– Так и дома обидеть могут. Хоть бы и свои.

Ветка улыбнулась лучезарно. Эти дядьки, конечно, не замышляли ничего худого, но о чем потолковать с девкой неразумной, не в меру смелой, не знали.

– Могут. Попытаться. Только лучше не надо. Живые да здоровые куда как симпатичней.

– Так ты полагаешь, что сможешь от любого мужика отбиться?

Разговор Ветке давно уже не нравится. Как-то неладно повернулось. Оплошала.

– Давайте не будем проверять. Поверьте мне на слово. Да и негоже на ночь глядя затевать детскую возню.

Разговор снова прервался. Разошлись по своим подстилкам. Ветка отторочила от рюкзака скатку спальника, помпочкой накачала его дно, забралась в мягкое тепло и застегнула молнию.