– Ну и напрасно. Собссна, простая формальность.

Следователю, похоже, было наплевать и на нож, и на зажигалку. Он не спеша накорябал: «От принадлежинности оных предметов отказался».

Это Рэм подписал.

– Отлично! Ну вот, уже двигаемся. Следственное мероприятие мне в зачет. – С этими словами следователь убрал бумагу в стол. Довольно улыбаясь, он пояснил: – Да вам нечего опасаться. Собссна, мелочи, крючки. Зажигалка вообще пшик, а за кинжал, ну, в худшем случае добавили бы еще годик каторги. Холодное оружие, факт хранения… С вашими-то делами лишний годик вообще ничего не значит. А вы цепляетесь…

Тут у него на столе зазвонил телефон.

Улыбнувшись еще шире, капитан сообщил неведомому собеседнику:

– Я говорил тебе, что «Акулы» продуют? Нет, признай, я говорил тебе еще два дня назад… А? Отговорки… Громче… Не понял… Аха! Так ты еще толком ничего не знаешь, ты только понаслышке! Сообщаю точные сведения: три – два. Да. По радиотрансляции. На призовые места – никаких шансов!..

Рэм понял: они нашли «Синюю папку». И найдя ее, совершенно не поняли, что представляет собой ее содержимое. А ведь он всего-навсего собирал материалы и делал рабочие записи, желая на философском уровне объяснить причины войны, каскада революций и политической нестабильности, длящейся вот уже четверть столетия… Самому себе объяснить. Связать концы с концами. Не копаться в мелочах, а посмотреть на то, в чем он участвовал, чему стал очевидцем, с высоты птичьего полета Он вовсе не искал возможности опубликовать «Синюю папку». Там еще работать и работать! Так, одни наметки… Да и как такое опубликуешь в наши-то дни? Может, сдал бы в архив, потомки разберутся… Или сделал бы несколько статей самого безобидного содержания.

Ничего «подрывного», используя язык профессионалов. Это нетрудно понять при внимательном чтении.

Но как бывший полковник Боевой Гвардии, как комиссар Продбригады, как член Анонимного совета и Старший идеолог большой провинции он прекрасно осознавал: потомки, может, и разберутся, а сейчас никто вдаваться в тонкости не станет. Никто не будет разбираться. Никто, ни одна живая душа! А у него там… да-а-а… если вдуматься: и чем занималась на фронте раларовская отдельная дивизия хонтийских стрелков… и про финансовую подоплеку предыдущей войны между Хонти и Срединной страной… и насчет спиритических пристрастий правительств… да еще с фамилиями… и…

За дверью, в соседнем кабинете, коротко вскрикнули. Послышалось металлическое звяканье, и кто-то тоненьким голосом очень громко сказал: «Не надо! Я же и так..».

Следователь наконец положил трубку и опять протер пот платочком.