По дальней связи прорезался Рух.

«Всем экипажам! Подтвердить получение кодированного пакета данных и его корректную дешифровку! Доложить о готовности бортовых систем к проведению предстоящего маневра!»

В эфир посыпались доклады, сопровождаемые крепкими словечками и восторженными ремарками.

— На связи командир экипажа тяжелого истребителя «Хамелеон-12», литера «Е», — бесцветным тоном проговорил Лабур. — Докладываю: трансферинг коррекционных пакетов прошел успешно, полученные данные загружены в центральный компьютер, все просчеты завершены. Мой борт готов приступить к маневрам.

«Включить зажигание, — скомандовал контр-адмирал дрогнувшим голосом. — Это момент истины, ребята. Или – или. Готовность шесть минут… Начать разворот „сот“.

Ресивер дальнего коннекта отрубился. Динамик умолк.

Лабур машинально занес палец над сенсором запуска движков. Судя по показаниям радаров, остальные пятеро истребителей уже начали разгон, медленно вращая исполинские «соты» вокруг нескольких осей и ориентируя их по-новому. Титановые тросы натянулись, выдерживая невероятную тягу.

— Ты чего ждешь, командир?

Егор вздрогнул, и палец невольно нажал на сенсор. Загудели камеры сгорания, воспламенилось топливо, заурчали сопла, выбрасывая в пространство плазму. Автоматически отработала программа выхода на курс.

Кордазян хмыкнул и поглядел за обзорник.

Звезды поплыли по замысловатой траектории, а Кила стала смещаться влево-вниз, если в космосе, конечно, можно было применять столь дилетантские понятия. На самом деле, бесспорно, сама комета с траектории никуда не сместилась; это «Хамелеон» совершил разворот и теперь с натугой волочил по своему вектору трос.

«Соты» совершили пол-оборота со смещением, и истребители стали тормозить комплекс, направив тягу против хода.

Спустя три минуты маневр был завершен.

За это время в эфире не прозвучало ни единого слова. Видимо, абсолютно все наблюдатели восхищались и ужасались зрелищу, которое теперь представляла собой вся система ближайших космических тел и боевых единиц флотов.

Комета неслась по касательной к обездвиженному русско-китайскому флоту Солнечной Y, а огромные «соты», увенчанные ниточками тросов с «Хамелеонами» на концах, направляли свои лиловые фокус-зоны точно на центральную ось пространственного расположения объединенного флота Солнечной X.

— О как! Эндшпиль! — отчаянно почесывая подбородок, провозгласил Кордазян. — Пиндец котенку.

Лабур посмотрел на него как-то рассеянно, с ощущением, что все это происходит не наяву.

На дальнем радаре было видно, как Иксы лихорадочно уводят свои корабли с линии атаки, но до разрядки оставалось всего ничего, поэтому их конвульсии были тщетны.