На экране уже был явно виден туманный силуэт корабля. Он приближался к станции медленно и неотвратимо. В этой неторопливости был особый эффект. Корабль не спешил, не пытался атаковать нахрапом. Словно находящиеся на нём существа не сомневались в своих силах. И действительно – чего бояться призракам?

Основная надежда запертых на станции людей была в том, что на него подействует гравитационный захват.

Семёныч сидел за пультом управления пригнувшись, будто артиллерист в танке, и ждал. Гаишники не отрывались от экрана, на котором был виден туманный противник, и постоянно уменьшалось число, указывающее дистанцию до него.

Туман не клубился. Он не растекался в пространстве, а сохранял постоянную форму. Семёныч, щурясь, вглядывался в эту дымку.

– Что-то он мне напоминает… – задумчиво пробормотал старшина. – Когда-то я уже видел такое…

– Вы видели корабль-призрак? – с недоумением спросил Прокофьев.

– Не призрак. Туман скрывает корабль, поэтому я не могу его рассмотреть. Но уверен, такие очертания я уже когда-то видел… Ладно. Не имеет значения.

Корабль приближался. Всё ближе. Ближе. Ближе.

Палец Семёныча застыл на кнопке захвата. Прокофьев трясущимися руками вытер холодный пот со лба.

Через минуту корабль вошёл в зону досягаемости.

Семёныч вдавил кнопку в пульт.

Корабль-призрак начал замедлять скорость. Раздался вздох облегчения. По крайней мере, теперь они точно знают, в каком месте станции начнётся атака.

– На выход, ребята, – скомандовал Свон.

Договорить он не успел. В этот момент корабль-призрак вдруг начал менять курс.

Захват не подействовал. Теперь нападающие могли брать станцию на абордаж с любой стороны.

– Идём в ангар, – мрачно сказал Семёныч и протянул руку к Свону. Тот молча передал старшине боевой пистолет. – Даже если они будут резать обшивку в другом месте, мы успеем туда добраться.

Прокофьев тоже начал подниматься, но Семёныч остановил его.

– Останешься здесь. Следи за кораблём и сообщай обо всех маневрах.

– Но…