Кровь эльфа срывалась лёгкими капельками в подставленные ладони Ан-Авагара. Каждое её касание обжигало – трудно найти более несопоставимые субстанции, чем кровь светлого эльфа и плоть вампира, пусть даже при жизни такого же Перворождённого.

Он морщился, но терпел. Боль оказалась куда сильнее, чем он рассчитывал.

«Слизнуть языком хоть чуть-чуть…»

Кровь живого эльфа въедается в кожу, но зато восхитительна на вкус – такой вот парадокс. Совсем-совсем немножечко для себя… ох, как голова кружится!

Нет!

Это не тебе, это Кларе!

Он знал, как этим распорядиться. Укол остриём ланцета в тонкую, почти не видную вену на сгибе Клариного локтя; кровь в её жилах почти совсем застыла, превращаясь в сплошной лёд.

Когда-то давным-давно Ан-Авагар был живым. Такая же яркая и чистая, как у Гильтана, кровь струилась и по его артериям. Жизнь, великая и страшная, борьба и любовь, и запретное знание, и гордость, и гордыня, и страсть…

Ан-Авагар не гнал сейчас эти воспоминания, напротив. Ярко-алая кровь в его пригоршне закипела, запузырилась: всё готово.

Вампир чуть развёл ладони; тонкая струйка устремилась вниз; он услыхал, как изумлённо-гневно охнул кто-то из гномов.

«Я люблю тебя, Клара».

Мысль ударила в него стенобойным тараном, внезапная, неистовая и всепоглощающая. Та правда, от которой он так долго бежал.

Он так растерялся, что едва не упустил драгоценную кровь.

Заклятие, вампирское, древнее, послушно закручивало струйку в тугой штопор, игольчато-острый. Он безошибочно отыскал прокол, оставленный остриём ланцета, – преображаемая Ан-Авагаром кровь эльфа стремительно втягивалась в заледеневшую жилу.

Конечно, это была уже не просто кровь. Перелей вампир её Кларе непосредственно – это убило бы волшебницу, убило б наверняка. В её вены врывалась чистая сила, сила жизни, что так могущественна именно у светлых сородичей Гильтана.

И одновременно поразившие волшебницу заклятия ударили в ответ. Ледяной холод сжал Ан-Авагара незримыми когтями, у вампира захрустели кости.

Больше крови!

Клара вздрогнула, шевельнулась. Задышала чаще.

Алая спираль преображённой эльфийской крови ввинчивалась ей в жилы, проникая всё глубже.

Но крови нужно больше! Больше, Гильтан, ещё больше!