– Я не понимаю, почему многие из нас терпели его издевательства, – сказала какая-то женщина.

– Нынче в любой дыре дышится легче, чем во Флоренции, – подхватила другая. – От нас требовали передать все наше имущество его дражайшему монастырю Святого Марка, а когда мы отказались, нас вышвырнули из собственного дома.

– Думаю, тут без колдовства не обошлось. Другого объяснения мне не найти. Даже Боттичелли подпал под чары Савонаролы… Маэстро уже под пятьдесят – стареет, вот и пытается заключить сделку с Небесами.

– Книги жгут, людей арестовывают. И эти его нескончаемые гнусные проповеди! Трудно поверить, что еще каких-то два года назад Флоренция была… маяком в океане невежества! А теперь мы снова вернулись в темные века! – (Дальнейшие слова беженки заставили Эцио навострить уши.) – Иногда я мечтаю, чтобы флорентийский ассасин вернулся в город и освободил нас от тирании Савонаролы.

– Мечтай, мечтай, – усмехнулась ее подруга. – Ассасин – это миф. Страшная сказка из тех, что рассказывают непослушным детям.

– Ошибаешься! Мой отец видел его в Сан-Джиминьяно. – Женщина горестно вздохнула. – Только это было давно.

– Да, да… se lo tu dici[160].

Аудиторе поехал дальше. На сердце у него было тяжело. Полегчало, лишь когда он увидел знакомого всадника, ожидавшего его на обочине.

– Salute, Эцио! – поздоровался Макиавелли.

Прошедшие годы сделали его насмешливо-серьезное лицо даже более привлекательным.

– Salute, Никколо.

– Хорошее время ты выбрал для возвращения в родной город.

– Ты же знаешь: где возникает болезнь, там появляюсь я, чтобы ее излечить.

– Мы всерьез нуждаемся в твоей помощи, – вздохнул Макиавелли. – Без Яблока Савонарола никогда бы не приобрел такой власти… Мне известно о том, чем ты занимался все это время. Пару лет назад Катерина отправляла из Форли курьера с письмом. А недавно я получил письмо из Венеции, от Пьеро.

– Я намерен вернуть Яблоко. Слишком долго оно находится в чужих руках.

– Отчасти мы должны быть благодарны этому безумцу Джироламо, – сказал Макиавелли. – Уж лучше он, чем наш новый папа.

– Борджиа опять пытался найти Яблоко?

– Он и не оставлял своих попыток. Ходят слухи, что новый папа намерен отлучить неистового доминиканца от Церкви. Только вряд ли в самой Флоренции это что-то изменит.

– Нужно без промедления браться за дело, – сказал Эцио.

– Боюсь, это будет труднее, чем ты думаешь.