– Я пойду один, – произнес князь, не оборачиваясь к своим спутникам.

– Там может быть опасно, – кашлянул Хадден.

– Не для меня.

Маттер схватил лежавшую на заднем диване сумку, перебросил через плечо ремень и двинулся ко входу. Из-за рухнувшей каменной балки ему пришлось рубить кустарник, перекрывающий единственное место, где мог пролезть человек. В конце концов, где срубив, где поломав покрытые колючками ветви, он протиснулся в пыльную тьму и достал из сумки фонарь.

Мощный электрический луч, блеснув паутиной, уперся в гладкую стену небольшого зала. Маттер повел фонарем – паутина тут была кругом, густая, высохшая от старости. В противоположной от треугольного входа стене находился проем, украшенный двумя вырубленными из камня колоннами. Проклиная паутину и непонятную скользкую гадость под ногами, Маттер прошел между колоннами, чтобы оказаться в довольно просторном коридоре, полого уходящем вниз. Здесь, хвала богам, было уже совсем сухо, так что дальше князь двигался без опаски. Коридор вывел его в полукруглую залу с несколькими дверями, повисшими и перекошенными в своих рамах. В глубине зала, на круглом постаменте темнела какая-то статуя высотой в два человеческих роста. Князь поднял фонарь и помимо воли отшатнулся, закусив губу.

Облепленное кое-где паутиной, на него смотрело лицо – лицо с женскими как будто бы чертами, но в то же время не принадлежащее человеку. Скошенный лоб был прикрыт головным убором то ли из листьев, то ли из птичьих перьев, удлиненные к вискам, суженные глаза глядели вертикальными, тщательно прорезанными в светлом камне зрачками, нос женщины, длинный и горбатый, походил на клюв хищной птицы, а неестественно большой рот почти нависал над крохотным подбородком. Фигуру женщины полностью скрывала складчатая накидка, сливающаяся с постаментом, видна была лишь правая рука ее, выходящая из длинной прорези плаща и до самого запястья покрытая какой-то чешуей: костистые пальцы сжимали длинный гладкий жезл с парой утолщений на конце.

– Ривилин, – прошептал Маттер, не веря своим глазам. – Кто-то из клана Карающих Матерей! И что же привело тебя сюда – кровь Ловчих?

Справа и слева от статуи на стене виднелись надписи с уже знакомыми завитушками храмового языка. Подойдя ближе, Маттер снял с левой руки перчатку и смахнул с них паутину. Теперь текст читался весьма отчетливо. Князь поднялся на цыпочки и осторожно прикоснулся к холодному наконечнику жезла статуи.

– Я мог ждать чего угодно… но не появления ривилин в нашем мире, – забормотал он. – И что же, – получается, что где-то тут, в этой долине, были уничтожены все твои монки, а сама ты, лишенная их силы, отправилась скитаться по планете? Значит, Ловчие оказались сильнее? Ну что ж, Мать Тысячи Смертей, зато люди назвали тебя богиней…