Мы рассмеялись, и сквозь смех Натаниэль проговорил:

– Когда я кому-нибудь рассказывал о своих книгах, мне никогда не удавалось их дописать. Так было всегда. Но… с тобой все будет по-другому. Ты ведь не просто кто-то.

– Не просто кто-то? Ну да, не такой, как все? Особенный?

– Нет, особенные не хуже, а лучше остальных.

– Но я не особенный… Особенный скорее ты.

– Да, я всегда хотел быть не таким, как все. Мечтал выделиться, сделать что-нибудь великое…

– Но ты ведь…

– Нет. – Натаниэль вздохнул. – Те, кто считают себя избранными и мечтают о великих делах, навсегда останутся обыкновенными людьми. А такие, как ты, – нет. Те, кто живет, не завышая планок, не стремятся к великим целям и не пытаются доказать миру, что он без них рухнет… вот такие и есть особенные.

– Да таких сейчас миллиарды, – нахмурившись, ответил я. – По-твоему, все, кто ни о чем не задумывается, – избранные?

– Не совсем так. Просто по-настоящему великие дела совершают не для того, чтобы доказать, что способен сделать что-то, что не смогут другие.

Я удивленно замолчал, а потом, повинуясь внезапному порыву, произнес:

– А что, если я правда окажусь особенным? Ты ведь… не испугаешься?

Он растерянно кивнул, а я внимательно посмотрел на Фаллена, не совсем представляя, что собираюсь сделать.

Натаниэль попытался проследить за моим взглядом, но посмотрел в пустоту.

– Ты ведь ничего не видишь, да?

– Не вижу.

– Ладно, – вдохнув, я осторожно дотронулся двумя пальцами до лба Натаниэля.

Его карие глаза смотрели на меня так, как будто я действительно был кем-то волшебным.

Впервые со дня нашей встречи я вдруг до конца осознал, что Натаниэль светится ярким космически-синим цветом, именно таким, какой я искал всю жизнь.

Внезапно мы вместе засверкали необыкновенным оттенком, излучая чистую энергию.