Без сомнений это был именно он. Во взгляде ярких голубых глаз моего восемнадцатилетнего папы читалась удивительная решимость, скрывающаяся за непривычной мне мягкостью и бесконечным упорством, которое я иногда видел в Натаниэле.

– Здравствуй, – тихо произнёс я.

– Это… это ты, – прошептал Александр, дрожащими руками обнимая меня за плечи с такой радостью, словно ждал моего прихода каждый день все эти восемнадцать лет.

– Расскажи, что произошло с нами, – спросил я, делая шаг назад.

– Нет, это ты расскажи мне. Ты… ты молчал столько лет.

– Рассказать? Что именно? – удивлённо переспросил я.

– Как там Анна? Почему она так давно не приходит?

– Мама умерла десять лет назад.

– Умерла… – Александр на мгновение закрыл глаза, а потом вдруг улыбнулся. – Значит, мы скоро встретимся с ней. Я… я так скучал, ты не представляешь.

– Я тоже скучаю, – прошептал я, невольно наблюдая за тем, как по щекам Александра катятся прозрачные слёзы.

– Но, – он посмотрел на меня. – Ангелина ведь жива? Она окончательно выздоровела? Она помнит меня?

Я кивнул и сказал немного растерянно:

– Но она, кажется, очень сердится на тебя…

– Да, по-другому и не может быть. Если… если она что-то нечаянно выяснила. – Александр замолчал на мгновение. – Это ведь только часть. Она не знает главного.

– Я тоже не знаю, – перебил я, снова ощущая, как мало времени у нас осталось на этот разговор. – Я ведь ничего не знаю. Или не помню. Только… только сны из детства. И музыку. И…

– Анна мечтала о том, чтобы у нас был невероятный ребёнок, – как-то по-особенному глядя на меня, произнёс Александр. – И ты удивительный. Прости, но я не смогу тебе рассказать, что произошло.

– Как же мне тогда узнать правду?

– Однажды ты сказал мне, что Вселенные пересекаются.

– Нет, – я испуганно отшатнулся, понимая, какой именно смысл скрывается за безобидными словами. – Нет, ты не можешь умереть.

– Ты найдешь ответы, увидев всё своими глазами. Но я не знаю, сможешь ли ты вернуться назад. В своё настоящее, чтобы… чтобы рассказать Ангелине, каким я был на самом деле. О том, что я боролся. Пожалуйста, пусть она запомнит меня таким, каким знала в детстве. Передай ей, если, конечно, она захочет слушать, что я люблю её.