Удивительно, но бесстрашная дерзость насмешила худого человека. Он достал дорогую папиросу из портсигара и, закурив, сказал:

– Меня зовут Марат, и я возьму тебя на работу. Что скажешь?

Александр посмотрел на курящего и сказал:

– Думаю, что откажусь. Вы мне не нравитесь, а главное, у вас нет таких денег, которые мне нужны, – он сверкнул глазами и развернулся, собираясь уходить.

– Я плачу 100 в месяц.

– Долларов?

– Можно и долларов, – худой человек снова рассмеялся. – Но тут будет все зависеть от того, что ты умеешь делать.

– Я многое могу и очень быстро учусь. Правда быстро.

– Не переживай, – Марат выпустил в лицо Александра струйку ядовитого дыма. – Я умею рассмотреть таланты. Не разочаруешь меня – сможешь купить себе тачку или свалить за границу с подружкой. Ты что-то говорил насчёт того, что я не смогу окупить твои расходы, – вынув папиросу изо рта, он сделал вид, что ему интересно. – Правда, боюсь, ты не справишься с работой. Обычно я не нанимаю случайных… мальчиков. Но сегодня, пожалуй, сделаю исключение. Ну так что, зарплата устраивает?

– Нет, не устраивает, – сердито проговорил Александр, одурманенный дымом папиросы.

– Неужели? И где же тебе предлагали больше?

– Нигде, – снова вдыхая ядовитый дым, проговорил мой восемнадцатилетний папа. – Вы предлагаете 100 долларов в месяц, если я вам подойду, но этого мало, мне нужно 1000 до первого июля.

– 1000 долларов. И ты даже не спросишь, какого рода работу я предлагаю? – В голосе мужчины зазвучали нотки иронии, но через секунду он как будто пожалел о том, что сказал.

Но Александр проигнорировал всё сказанное:

– Мне нужно оплатить операцию сестре. – Его глаза покраснели, а язык не хотел подчиняться.

– Что ж, в таком случае постарайся. А то малышка умрёт. Кроме меня, вряд ли кто-то заплатит тебе такие деньги за столь короткое время. – Худой человек снова слегка наклонился и подул дымом в лицо Александру. – Ты ведь сопляк. Очень везучий сопляк. Если твоя сестра хотя бы вполовину такая красивая, как ты, думаю, её стоит спасти. Ну что… ты согласен поработать на меня?

Александр глупо улыбнулся.

Конечно, согласен.

– Здесь нет никакого Александра. Понятно? Переступая порог моей студии, ты становишься моей игрушкой, как любой из здесь присутствующих, – худой человек с рубином на большом пальце дважды сделал акцент на слове «моей».