– Как он себя вел? – спросил Крейн, скрещивая руки на груди.

– Вначале он был словно бы в трансе, – хрипло сказала Мирин. – Я попробовала его усадить. Он рассердился. Как зверь. Как зверь в теле моего мужа. – Она закрыла рукой глаза. – В нем ничего человеческого не осталось. Из головы все ушло. Я пыталась его успокоить. – Она сглотнула. – Пыталась его успокоить и не смогла. Он схватил меня за горло. Я едва ускользнула. Он погнался за мной. Мушкет лежал на столе. – Она обвела взглядом комнату, следя за призраками прошлого, потом ее взгляд остановился на ковре. – Я просила его отойти. Он не захотел. Схватил меня за руку, и я нажала на курок.

Крейн кивнул едва ли не с почтением.

– Ихор – чрезвычайно сильное средство, – сказал он. – Даже в крошечных дозах он вызывает буйные галлюцинации. Обостряет сексуальное желание. Иногда вызывает особую форму глоссолалии[23]. – Он побарабанил пальцами по локтю. – Неудивительно, что в первые годы исследований его считали мифом.

– Райкер помог скрыть убийство Пьетро, – сказал Гилкрист. – Сказал всем, что он уехал на юг, скрываясь от долгов. Верно?

– Да, – с горечью ответила Мирин. – Когда-нибудь он попросит меня поработать для него: он знает, что я не откажу, если не хочу угодить в тюрьму за убийство Пьетро. Понимаете, за что я его ненавижу? Понимаете, почему хочу его убить? Правда?

Гилкрист несколько мгновений смотрел на нее, потом кивнул.

– Ты хочешь убить его, потому что не уверена, – сказал он. – Не уверена в том, что Райкер дал ему ихор. Может, Пьетро принял его сам, неверно оценив его силу.

Мирин рявкнула:

– Он бы этого не сделал.

– Завсегдатаи внутреннего города говорят иначе, – вмешался Крейн. – По их словам, твой муж был не в себе еще за несколько месяцев до исчезновения. Он экспериментировал с самыми экзотическими наркотиками. И часто говорил о смерти.

– Знаю! – выпалила Мирин. – Знаю, что он был нездоров. Но он бы никогда…

– Райкер мог распространять слухи о долге твоего мужа, чтобы отвлечь внимание от его роли, – сказал Крейн. – Бульдог не обрадовался бы, узнав, что Райкер продает ихор жителям Колгрида.

– Если ты убьешь Райкера, не узнав правды, сомнения останутся, – сказал Гилкрист. – На всю жизнь.

Мирин закрыла глаза.

– Что вы предлагаете? – хрипло спросила она.

– Поправку к нашему договору, – сказал Крейн. – Тебе нужно признание, а не просто казнь. Нажав на нужные рычаги, можно заставить его признаться.

– Если ты считаешь, что Райкер сознается в том, что дал Пьетро ихор, ты простофиля.

– Рычаги, – повторил Крейн. – Сегодня утром Райкер спрятал на фабрике в южной части города три бочонка дрожи. Это солидное вложение.