Он притянул её в один миг, и Ева тотчас увидела его ужасное, уродливое лицо, склоняющееся прямо над нею, его маниакальные, безумные глаза, растрескавшиеся сухие губы и острозубую страшную улыбку. Это был уже не человек; это была Тёмная Сторона, монстр, чудовище из ночных кошмаров. Он гладил металлическими костяшками пальцев её светлые растрепавшиеся волосы, он жадно облизал горячим языком нежную кожу от шеи и до самого лба так, словно она была огромным мороженым, и Ева почувствовала на миг кипящую извращенную страсть, которую он испытывал к ней. Ужас накрыл женщину, потому что в своем безумном припадке победителя Дарт Акс готов был просто сожрать её, откусывая куски от лица.

— Ты моя, — шипел он, тиская женщину, лапая её, целуя сухими губами исказившееся от отвращения лицо. — Моя…

Сила его исчезала, таяла, и Ева почувствовала, как ослабевают путы, удерживающие руки. Зажмурившись, она перенесла даже то, что он рванул форму на её груди, добираясь до живого нежного тела, и её рука осторожно скользнула к поясу, к спрятавшемуся под полой форменного кителя сайберу императора.

— Никогда!!!

Её крик разорвал тишину так же, как алый луч пронзил ситха насквозь, и Ева с яростью и ненавистью глядела во внезапно остановившиеся глаза Дарта Акса, цепляющегося за неё в последних проблесках уходящей жизни.

— Ева…

Металлическая ладонь прикоснулась к щеке в последней ласке, и он, вцепившись в её одежду левой рукой, начал оседать, так и не отведя удивлённых глаз с её ненавидящего лица.

— Я люб…

Ева, взревев, как раненый зверь, обеими руками рванула сайбер кверху, и алый луч прошел через тело ситха, как нож через масло, развалив его пополам, от сердца до самой макушки, прожигая чёрную полосу на располовиненном лице.

— А я тебя ненавижу, падаль!

Ева отпихнула ногой мёртвое искалеченное тело, и её сайбер уперся алым концом в чёрную землю. Женщина тяжело дышала, чуть покачиваясь от пережитого нервного напряжения, и в голове её не было ни единой мысли.

Она словно тоже умерла, и время застыло вместе с ней.

Появившийся Дарт Фрес ступал тихо-тихо, беззвучно, или так только казалось.

В его руке был зажат двусторонний огромный сайбер, и им он отсалютовал сгорбившейся, согнувшейся Еве с бьющимися на ветру волосами.

— Миледи, — произнёс он, погасив энерголучи и опустившись перед ней на колено, почтительно склоняя голову.

Так же быстро поднялся и почти бегом кинулся к заваленному ходу. Ева видела, как под пассами его рук поднимается упавшая балка, мёртвый дракон словно разжимает крепко стиснутые зубы, впуская ещё одну тучу пыльного чёрного дыхания, и кто-то, задевая плечами, протискивается в каменный узкий лаз, цепляясь со скрежетом металлическими пальцами, оставляя глубокие борозды в камнях.