— Я к ней зайду через минуту, — он качнул головой в сторону входной двери, — женщина, которая только что была здесь…

— Сэр?

— Пожалуйста, удовлетвори мое любопытство, — сказал Даттон, — выясни, что ей надо.

Секунду Коннор размышлял, а затем кивнул, соглашаясь.

— Молодец. — Даттон прошел через комнату, затем в дверь и по короткому коридору в комнату, где лежала Маргарет.

Шторы были чуть-чуть открыты, и проникавший тонкий луч апрельского солнца делал свет все еще горевшего ночника грязным и мутным. За окном только что прошел дождь, и едва видимые сквозь тонкую щель сверкающие башни Рокфеллеровского центра, фантастические формы здания компании «Крайслер» и острый шпиль Эмпайр-Стейт, казалось, плавали на фоне свежеомытого неба, чистые и яркие, как кадр из какого-нибудь невероятного фантастического фильма Голливуда. Маргарет сидела в постели, обхватив себя руками. Ее лицо казалось опустошенным.

— Маргарет… — Даттон озабоченно нагнулся к ней.

Она повернула к нему глаза и вздохнула:

— Я чувствую себя так, словно проспала полвека. — Она провела рукой, худой и покрытой пятнами из-за обесцвечивающей химиотерапии, по коротко остриженным седым волосам и издала звук, который мог бы быть горьким смехом: — Боже, я, должно быть, ужасно выгляжу.

Она действительно так выглядела, но Даттон тепло улыбнулся:

— Ты прекрасна, как всегда.

— Я на черта похожа. — И на мгновение твердость ее губ напомнила о силе человека на портрете в другой комнате. Затем она вздохнула, расслабляясь, и продолжала: — Думаю, что прогулка пойдет мне на пользу. Немного посмотреть на настоящую зелень и подышать свежим воздухом.

«И может быть, купить газету», — подумал Даттон (в холле был киоск) и умиротворяюще сказал:

— Мне не нравится эта идея. Тебе нужно отдыхать. — И он отправился снова задернуть шторы, отсекая сверкающий день.

Маргарет провела руками по лицу, оглянулась в поисках очков и часов, которые всегда стояли на тумбочке рядом с ними. Но там был только набор пузырьков с лекарствами, стакан воды — даже «Таймс» с ее объявлением унесли.

— Который час? — пробормотала она.

Даттон присел на стул возле ее кровати и вынул несколько таблеток из чашечки, приготовленной сиделкой.

— Время принимать лекарства. — В действительности было на час или на два раньше нужного времени, но Даттон решил, что так будет лучше.

— Ненавижу их.

Он протянул ей таблетки, вкрадчиво улыбаясь: