И насколько совпадали мотивы у тех, кто тут собрался под одним знаменем? Или у них только враги общие? Все эти мысли Макс гнал от себя, чтобы не мешали работать.

Возле каморки интенданта Рихтер внезапно увидел знакомую двоицу. Бывшие агенты-ликвидаторы были все еще вместе, в составе четвертого отделения. И не в своих попугайских нарядах, а в обычном камуфляже с разгрузками. Получали новые бронежилеты.

Хотя на их одежде не было пыли и грязи и оба не получили ранений, Рихтер знал, что они побывали в недавнем бою. Теперь Пабло и Паблито выглядели совсем не такими бойкими, как по пути в Мехико. Посттравматический синдром? Вряд ли. Макс видел агентов СПБ и знал, что рефлексия – качество, которое делает сотрудника спецслужб профнепригодным. Они должны быть не более сентиментальны и чувствительны, чем роботы. Но эти двое сделали свой моральный выбор. Значит, отличались от других. И, наверное, чем-то были похожи на него.

Он приветственно помахал им рукой. В ответ один из них, Пабло, кивнул, а второй – потолще – Паблито (фамилии свои они так и не назвали), показал рукой жест, похожий то ли на рокерскую «козу», то ли на мафиозную распальцовку. Сохранили даже чувство юмора. Молодцы. И уже то, что они собирались идти в ад снова, говорило о них лучше всяких слов.

Новички глядели с тревогой. Это было новое пополнение, необстрелянное. Среди них попадались те, кто повоевал в других частях страны. Но больше было совсем зеленых, рядом с которыми «канкунцы» выглядели уже ветеранами.

Возле каморки интенданта, которого Гаврила называл замом по тылу, – хотя со своей должностью он совмещал еще и функции начальника вооружения, – скопилась небольшая очередь. Получая оружие, новобранцы радовались, как дети подаркам на Рождество.

Оружие выглядело солидно. Эта была уже не та пестрая смесь из купленного на черном рынке за собранные краудфандингом деньги и недавних трофеев, отбитых у полиции, которой они вооружались в начале войны. Получив доступ ко всем военным базам страны, командование расщедрилось. И это понятно. Ведь от предстоящего боя зависело многое, если не всё. Но и краудфандинг продолжался, хотя СПБ и перекрывала канал за каналом. Упорно циркулировавшие слухи гласили, что на «борьбу с крокодилами» в Мексике жертвовали миллионы глобо даже «звезды», например, известный в сети автор юмористических роликов, актеры, музыканты и так далее. Впрочем, у Максима не было уверенности, что денежные поступления «матадорам» идут только от крупных корпораций. Многие в консервативных кругах называли революционеров слугами антихриста, писали про «зверства, достойные Чингисхана». Были и совсем не мракобесные и не фашиствующие знаменитости, которые говорили, что поддерживают наведение порядка как меньшее зло.