– Марица!.. – застонал маэстро Гольдони. Он, похоже, в отличие от своей юной подружки, лучше понимал, что происходит.

Окончательно ожил его собственный страж, медленно, рваными рывками продвигавшийся теперь к ним. Скользило где-то в далёкой пока ещё глубине бесконечное тело твари, и в тот же миг Аэ вдруг оказалась рядом с откровенно прижавшейся к некроманту Марицей.

Из сжатого кулака драконицы вырвалась огненная капля, пронеслась мимо самого носа ведьмочки, и та истошно взвизгнула, отскакивая, словно облитая водой кошка.

– Отойди. От. Моего. Мужчины, – прошипела Аэсоннэ прямо в широко раскрывшиеся зелёные глаза. Кончик носа Марицы стремительно краснел.

И – для верности – драконица раскрыла ладонь перед лицом ведьмочки. С кончиков пальцев стекали струйки оранжевого пламени, извивались по линиям руки, таяли лёгким дымком. Волна истекающего жара охватила всю четвёрку – это была не иллюзия, это был самый настоящий драконий огонь.

– Ой… – пискнула Марица, поспешно прячась за спиной маэстро Гольдони. – Ой, ты кто? – вырвалось у неё совершенно по-детски.

– Это дракон, девочка… – простонал несчастный мэтр. – Самый настоящий дракон и очень, очень могущественный…

– А-а… ммм… – Марица попятилась, зачарованно глядя на Аэсоннэ, словно птичка на удава.

– Драконица, к вашему сведению, синьорина. Впрочем, я не в обиде. Серьёзно. Ничего-ничего, – самым светским голосом проговорила Аэ, разглядывая собственные ногти, где угасали последние оранжевые искорки. – Бывает. Синьорина Марица ошиблась. Она больше не будет.

К удивлению Фесса, Марица ничего не ответила и глаз не опустила. Лишь молча кивнула, но едва ли этот кивок мог означать действительное и искреннее обещание.

Ох, девочки такие девочки…

– Синьор Фесс… мой страж… с ним что-то не то, – быстро и виновато пролепетал меж тем маэстро Гольдони. – И вы, синьорина дракон… он сейчас будет здесь и он мне не повинуется!..

Старое пробуждалось, чётко ощущал Фесс. И, как ни странно, он этому радовался. Радовался, что против него не просто какой-то тупой монстр, скорее всего – слепой подземный змей или даже василиск, если здесь они змееобразны.

Но даже василиск лучше этого скольжения по поверхности жизни, не в силах ни принять её, ни понять, ни ощутить, что она действительно твоя.

Что ты действительно проснулся.

Марица продолжала прятаться за спиной маэстро, старательно изображая испуг, смущение и растерянность. Даже слишком старательно. Но некроманта обмануть она не могла – силой она и впрямь не была обделена. И она неплохо умела её прятать. Неплохо, но недостаточно, чтобы скрыть совсем.