Рин не могла обречь Пипацзы на такой конец.

Но это значило, что придется ее убить, пока глаза девушки еще окончательно не перестали быть карими, пока она цепляется за мир смертных.

Рин положила дрожащую руку на горло Пипацзы.

– Я принесла опиум! – на бегу прокричала Ляньхуа. Тяжело дыша, она остановилась перед Пипацзы. – Ты…

– Я уже пыталась, – сказала Рин. – Не получилось. Она на грани, и боль не унимается, она внутри, Нэчжа что-то с ней сделал, чего я не вижу, но думаю, что у нее внутреннее кровотечение. И ты… Не трогай.

Ляньхуа опустилась на колени перед Пипацзы, но тут же отдернула руку.

– Дотронься до нее через одежду, – предложила Рин. – И наблюдай за песком. Будь осторожна. Она себя не контролирует.

Ляньхуа кивнула. Надо отдать ей должное – она не испугалась и сосредоточилась. Выдохнула, закрыла глаза и вытянула пальцы над Пипацзы. Мокрая одежда девушки озарилась мягким сиянием.

Веки Пипацзы затрепетали. Рин затаила дыхание.

Возможно, это еще не конец. Может, проблема только в боли, и Пипацзы к ним вернется.

– Пипацзы! Пипацзы!

Рин подняла голову и беззвучно выругалась. По берегу с криком неслась Цзюто, ее младшая сестренка.

Кто ее сюда пустил? Рин готова была придушить этого человека.

– Назад!

Рин вытянула руку, не подпуская к Пипацзы сестру. Цзюто была миниатюрной, но перепугана и в истерике, она вырвалась из рук Рин и упала на колени перед сестрой.

– Не вздумай! – выкрикнула Рин.

Но Цзюто уже оттолкнула Ляньхуа и с рыданиями бросилась к сестре:

– Пипацзы!

Рин и Ляньхуа попытались ее оттащить, и тут Пипацзы подняла голову:

– Не надо.