– Большого дерева возле стены не приметили? И чего-то вроде лестницы из выпавших камней с северной стороны?

– Да, было там такое. Если нужно, найду.

– Не нужно. Что за фантазия была убивать в столь необычной обстановке?

– А вот тут не скажу, – Дювье по-лошадиному моргнул. – Капитан с чего-то решил, что трясти от этого перестанет. Вроде как Надор провалился из-за того, что Окделл с Тараканом натворили, и что если гаденыша кончить на его земле, та может уняться. Только там долго еще корёжило.

– Не ваша вина. Когда все произошло?

– Прошлым летом. В ночь на первый день Волн.

Вот оно что! Ночь на первый день Летних Волн… Пьянка с гаунау по случаю конца похода и неожиданного для всех мира. Собирались умирать и вернулись, тут загуляешь, только в радость пару раз словно выплеснули какую-то муть.

– Капитан, – сощурился Ли, – назовите точное время.

– Простите, Монсеньор, не могу, – Дювье сосредоточенно свел брови, – но до рассвета еще далеко было.

– Хорошо, давайте дальше.

Бывший сержант не увиливал. Поэтического таланта ему не хватало, однако вообразить южан, узнавших, что порученный им юнец убил Катарину Ариго, Ли мог и сам. Вот поставить себя на место Карваля, пожалуй, затруднился бы: любимец Эпинэ оказывался куда как непрост, и за его попыткой унять стихию наверняка что-то стояло.

Проэмперадор Севера и Северо-Запада поймал взгляд Алвы, чуть заметно оскалился и пригубил остывающей горечи. Сегодня спрашивал не он, да и спрашивать было особо нечего. Окделл предсказуемо не пожелал проверять, остановит ли его самоубийство землетрясения, и пошел на прорыв. Безуспешно, что рушило важные теоретические построения, правда, покойники порой оживают не только у Дидериха.

– Вы полностью уверены? – Рокэ свой шадди уже допил и теперь поигрывал регентской цепью, как некогда сапфирами. – Я имею в виду смерть.

– Да, Монсеньор.

– Стрелял Карваль?

– Нет, ему не с руки было, мне пришлось. Наповал, даже жалко.

– Труп куда дели?

– В трещину со всеми манатками.

– М-да… Похоже, мне придется действовать по закону. Точно не Карваль?

– Точно, Монсеньор. – Увиливать южанин не умел и учиться не собирался. – По закону так по закону, хотя обидно из-за такой… из-за убийцы ее величества…