— Не надо находить для него оправдательные причины, — рявкнул Сэм. — Он в них не нуждается. Он не может…

— Сэм, погоди, — сказал я, прислушиваясь. Сквозь обшивку стен до меня слабо, но отчетливо доходил какой-то звук.

— Наверное, это управляющий, — сказал я. — Господи, Брюс, микрофоны внешней связи тоже мертвы?

— К сожалению, да, Джейк.

— Ах ты, зараза, — выругался я, открывая люк.

— Джейк, погоди, — прокричал Сэм, но слишком поздно, потому что люк с шипением уже раскрылся.

— Не смей даже нервом пошевелить, — сказал человек, который направил дуло оружия мне в физиономию. Я узнал в нем Джоффа Брандона, одного из наемников Зейка Мура. — Ни одного движения, парень, — прорычал он, влезая еще на одну ступеньку приступки тяжеловоза и прижимая дуло мне к шее. — Я тебе еще кое-что должен, — прошипел он. — Я тебе, конечно, потом отплачу, но я и сейчас готов выжечь тебе твою долбаную морду дотла, если ты только мигнешь одним гребаным глазом!

Зейк Мур собственной персоной появился в моем поле зрения, неспешно шагая. Он ухмыльнулся.

— Привет, Макгроу! Похоже, я тебя прищучил.

А из речевого синтезатора компьютера раздался голос Кори Уилкса:

— Так оно и есть, Джейк. И на сей раз, похоже, ты здорово влип.

23

23

Из девяти человек банды в живых осталось трое. Краузе говорил мне, что двое пали жертвой трудностей путешествия, которое нам всем пришлось проделать до Микрокосмоса, а Мур только что сказал мне, что трое, включая Краузе, погибли в сражении на дороге. Из тех, кто выжил, мне был знаком Брандон, уж это само собой; именно его я впихнул в очко деревянного нужника на Высоком Дереве. Видимо, он все еще таил на меня злобу за это пикантное происшествие. Двоих остальных я узнал, вспомнив ту потасовку, что разыгралась в свое время ни планете-гараже «дорожных жуков». Зейк Мур был их атаманом. Это был крупный человек, ширококостный, высокий, большерукий и большеногий, массивный и негибкий, как высоченные деревья его родной планеты. Корни его уходили глубоко, они больше походили, условно говоря, на плетеный стальной кабель, и были они жестки и жестоки. Он, похоже, потерял в весе. Лицо стало бледнее, и черты слегка заострились. Глаза из-за этого стали еще ярче, словно в них все время горел огонь злобы, словно в серой золе его физиономии развели очаг.

Кларк уже был снаружи — Мур велел ему выйти, и он как можно скорее повиновался — при условии, что ему можно будет взять с собой уменьшенный космический корабль. Осмотрев корабль, Мур почесал в затылке и нехотя согласился.

Кларк неловко извинялся.