— Кори, ты помер целую вечность назад, — сказал Сэм, ерзая, чтобы сесть поудобнее.

Он и остальные — Джон, Зоя, Дарла, Они и Рагна — сидели, скрестив ноги кружком возле прицепа.

Голос захихикал.

— Сэм, мне все еще непривычно обращаться к тебе во плоти. Я полагаю, что это действительно плоть — или, по крайней мере, ее хорошее подобие. Когда я тебя в первый раз таким увидел, я чуть не выдал себя с головой. Такое потрясение! Но, если отвечать на твое обвинение, Сэм, — нет, я не помер «вечность назад». Мы просто стали с тобой по-разному думать. Вернее, я стал думать иначе. Мое мировоззрение стало разительно отличаться от твоего, и, конечно…

— У нас на это нет времени, — рявкнул Мур.

— По-моему, есть, — ровно ответил Кори.

— Командир! — Мьюррей выполз через переходник. — Командир, туг две чертовы штуковины!

Зейк смерил меня взглядом, потом посмотрел на Мьюррея.

— Ты что мелешь? — спросил он.

— Там, в сейфе, было ДВА кубика!

Он выбросил один из машины, и Мур его поймал. Потом Мьюррей выбросил еще один точно такой же кубик. Мур поймал второй, уронил первый, поднял его и стоял, таращась на оба сразу.

— Чтоб меня черти забрали, на кусочки порезали, — сказал он.

Я захохотал. Смеяться было больно, поэтому я смолк.

— Что все это значит? — завопил Мур.

— Два кубика, — сказал я, хотя мне было больно говорить из-за распухшей губы. — С одним я сюда приехал, второй создал сам на этом же промышленном предприятии.

Мур фыркнул.

— Да что ты говоришь!

Он бросил оба кубика своему третьему дуболому, потом протиснулся между ящиками и подошел туда, где стоял шевроле, в одном из своих многих временно-пространственных воплощений. Он схватил за одну из дверных ручек и дернул. Дверь не шелохнулась. Он большим пальцем несколько раз нажал на цилиндрик на замке, однако ничего не произошло. Дверь оставалась закрытой.

— Теперь насчет этой штуки, — сказал он. — Будь-ка так любезен и дай мне ключи от нее.

— У меня их нет, — ответил я.