На берегах Эшберна, на песчаном холме царила тишина, тишина в разгар битвы — враг еще раз был отброшен назад.

Смерть снова была здесь. Бранвин видела ее. Ризи объяснил ей, кто это такая — темная союзница, то приходившая, то уходившая прочь: и Бранвин увидела привидения и прочие ужасы. Тут были твари рогатые, как олени, и с медвежьими клыками, и с волчьими глазами — пострашнее любого врага. Она укрылась за стеной щитов, за спинами людей, которых любила, в той крупице мира, что была еще оставлена ей. В воздухе летали стрелы, и щиты сотрясались от их ударов.

И вдруг настала тишина, словно мир затаил дыхание. Она встала и взглянула в неожиданно образовавшийся просвет, ибо щиты упали. Воздух был необычным и холодным, и сама земля словно заколебалась между светом и тенью, как бывает в предгрозовые мгновения.

— Где они? — кто-то спросил. — Куда они делись?

К ним приближался цокот копыт. Темная всадница приближалась к ним: и вдруг не осталось ничего — лишь холм, их маленький отряд, и умоляющая собеседница.

— Идемте, — сказала Смерть. — Ваше сражение закончено. Вы должны покинуть это место и как можно быстрее. Поверьте мне и идемте.

Бранвин замерла. Не то ее дыхание стало медленней, не то жизнь понеслась быстрее: она видела все, словно вокруг лишь занимался день, и мир лежал еще без красок. Наездница обратилась к ним снова.

— Предательница, — промолвил Барк. И щиты медленно сомкнулись; Донал поднял свой вверх, Ризи поднялся на ноги с древком Боглаха в боку, но и левой рукой он держал свой меч. — Мы заключили сделку, и ты не выполнила обещания.

— Весь мир рушится. И вам нет места в том, что будет. Госпожа Бранвин, иди ко мне. Иди скорее. Иди первой и приведи других.

— Нет, — ответила Бранвин, ответила тихо, но от всего сердца; и закричала, ибо, казалось, Смерть тянется к ним: — Нет! — мир дрогнул. — Уходи! Оставь моих людей!

— Вы мои. Эти люди принадлежат мне. — Смерть подошла ближе и обнажила меч — он заиграл зловещими огнями. — Ризи, Барк и Донал…

— Оставь их! — вскричала Бранвин. Она замерзла, сбегая с холма. Мужчины медленно шли за ней в бесцветном и страшном свете. Они пытались остановить ее, протягивали руки и таяли, как мир. — Оставь их, отпусти их, а я пойду с тобой.

— О боги, нет! — воскликнул Барк и, бросившись вперед с мечом, скрестил его с оружием Смерти. Железный клинок распался, оставив его безоружным. И мир завертелся вокруг них.

Цвет начал возвращаться — сначала бледный, как на большинстве лугов — оттенок зелени и прохлады. Мгла расступилась, пропуская солнце и деревья с серебристыми листьями, окружавшими их — а дальше складками расходились холмы.