Это было чистой правдой. Темный свет вызывал ужас, даже если ты знал, что происходит.

Командор бросил испепеляющий взгляд на скромно потупившего взор Отто.

— Ну хорошо, — хмыкнул Ваймс. — Зато я могу рассказать тебе кое-что интересное. Сегодня состоятся выборы патриция…

— И кто будет выбран? — спросил Вильям.

— Я понятия не имею, — пожал плечами Ваймс.

— Выберут господина Скряба из Гильдии Башмачников и Кожемяк, — громко высморкавшись, сообщила Сахарисса.

Ваймс с подозрением посмотрел на Вильяма.

— И как вы об этом узнали?

— Это все знают, — фыркнула Сахарисса. — А лично мне об этом рассказал один молодой человек. Сегодня утром в пекарне.

— О, где бы мы были, если б не слухи? — воскликнул Ваймс. — Так или иначе, господин де Словв, сегодня не совсем удачный день… для неприятностей. Мои люди сейчас беседуют с некоторыми из твоих собачников. Должен признаться, не со многими. Большинство горожан отказываются разговаривать со Стражей, представить себе не могу почему. Мы так хорошо умеем слушать. Значит, ты ничего не хочешь мне сказать? — Ваймс окинул взглядом помещение. — По-моему, все как-то странно смотрят на тебя.

— «Правда» не чуждается в помощи Стражи, — ответил Вильям.

— Я имел в виду не помощь, — пояснил Ваймс.

— Мы не сделали ничего плохого.

— А вот это решать мне.

— Правда? Весьма интересная точка зрения. Вильям достал из кармана свой блокнот.

— О, — сказал Ваймс. — Понятно.

Он опустил руку и снял с ремня темную палку с закругленными концами.

— Ты знаешь, что это такое?

— Дубинка стражника, — ответил Вильям. — Большая.