Пол был темным и липким. По всей его длине проходила канавка, ведущая в канализацию.
Маленькое оконце под потолком было заколочено досками. Свет в таком месте считался неуместным. Все стены, как и потолок, были обиты мешками с соломой. И дверь тоже. Очень тщательно оборудованная камера. Отсюда даже звуку было некуда бежать.
Пара факелов не столько разгоняла темноту, сколько пятнала ее мазками света.
Ваймс услышал, за спиной у него вырвало Масхерада.
На полу в свете факелов что-то блестело. Как во сне Ваймс пересек камеру и поднял это. Зуб.
Ваймс выпрямился.
Из комнаты дальше вела деревянная дверь, сейчас закрытая, и более широкий коридор, за которым наверняка были камеры. Ваймс снял факел со стены, передал его Сэму и указал на коридор…
За закрытой дверью послышались шаги, звон ключей, снизу стал пробиваться свет.
Ваймс схватил со стеллажа самую большую дубину и быстро прижался спиной к стене рядом с дверью. Кто-то приближался, кто-то, знающий о существовании этой комнаты и называющий себя стражником…
Крепко сжав дубину обеими руками, Ваймс размахнулся…
И взгляд его упал на молодого Сэма, стоявшего у дальней стены с блестящим значком на груди и выражением… со странным выражением в глазах.
Ваймс опустил дубину, аккуратно прислонил ее к стене и достал из кармана кистень.
Какой-то человек, тихонько насвистывая, вошел в камеру, сделал несколько шагов, увидел молодого Сэма и открыл было рот, чтобы закричать, но вдруг уснул. Мужчина он был крупный, поэтому рухнул на каменный пол, словно набитый куль. Из одежды на нем были только штаны, фартук и наброшенный на голову кожаный капюшон. На поясе висела связка ключей.
Ваймс метнулся за дверь. За поворотом коридора оказалась небольшая, ярко освещенная комната. Ваймс ворвался туда и схватил за грудки сидевшего за столом человечка.
Человечек с трудом удержался, чтобы не вскрикнуть.