– Ящеры… – задумчиво сказал Поленов. – Раньше их вроде не было. Видимо, кто-то снова перегнул с мечтаниями…

– Намечтать красного волка… – пожал плечами Зимин. – Надо умудриться.

– Красные волки – это еще нормально. Года полтора назад тут пауки появились. Но не простые, а с такими длинными желтыми хоботками. Укусит такой паук, а потом на тебя смех накатывается. И смеешься потом две недели, остановиться не можешь. Не ешь, не пьешь, не спишь, только смеешься. Еле вытравили эту заразу. Так что волки еще ничего.

– Лучше бы уж чего-нибудь полезного придумали…

– Это точно, – задумчиво кивнул Поленов. – Но полезное придумать так сложно… А ты, значит, Персиваль. Я знал Персиваля, знал… Он передал тебе имя?

Зимин промолчал.

– Значит, он ушел. Жалко. Это его шпага, кстати. Хотя это не шпага, конечно, это меч. Прекрасная вещь. Хочешь попробовать?

Поленов отстегнул меч от пояса и протянул Зимину. Зимин взял оружие. Меч был легким, вернее, не легким, а прекрасно сбалансированным. Рукоять в виде кашалота лежала в руке. Зимин взмахнул клинком, почувствовал, как со свистом разошелся воздух.

Избушка дрогнула и обрушилась внутрь. Тытырин топнул ногой и убежал в рощу.

– Мне кажется, нам здесь больше нечего делать, – сказал Поленов. – Пойдем, если хочешь. На той стороне рощи меня ждет фургон. Ты куда вообще?

– Не знаю. Теперь не знаю.

– Это ничего, – успокоил Поленов. – Это у всех бывает. Сначала удивление, потом испуг, потом апатия. Следующее состояние – интерес. Скоро тебе станет интересно…

– Так ты художник? – остановил его Зимин.

– Собирался стать. Пойдешь?

Зимин кивнул и передал Поленову меч. Хотя ему было и жалко это делать, меч ему понравился. У него был хуже.

Поленов забрал меч и положил его на плечо.

– Тропинка, – Поленов направился в рощу. – Идем, а то меня там ждут уже…

– Кто? – спросил Зимин.

– Увидишь, – и Поленов двинулся в лес.

Они шагали между дубами и березами, Поленов рассказывал: