"Внутренний Мир приходит в беспорядок, он разваливается прямо на глазах. Рушится невидимый стержень, на котором он держится. И мне нужно шевелиться – искать ключ к этой загадке, пока все не рухнуло к чертовой матери".

Дема сел в кресло и надвинул шлем на голову – уже, наверное, в тысячный раз. Теперь загружение занимало меньше минуты – компьютер пропускал Демида беспрепятственно, как хозяина.

"Куда направиться? К Теодору? Нет, меня уже тошнит от его словоблудия. Пожалуй, в библиотеку".

Библиотека была обставлена старинной мебелью (на мгновение Демиду даже послышались запахи мореного дуба и кожи). Дема уселся, закинув ногу на ногу, и задумался.

"Цитаты… Море чужих мыслей, и никакого смысла. А может быть, содержание не имеет никакого значения? Что делает Мудрец? Старается вывалить на меня кусочки написанных кем-то книг как можно в большем количестве. Попробуем принять каждую цитату за некую информационную единицу. Что еще есть в цитате, кроме содержания? Количество слов и букв? Нет, это невозможно запомнить и воспроизвести. Национальность автора? Попробуй, разберись в их национальностях… Впрочем, зачем копать так глубоко? Возьмем простейший вариант: первые буквы фамилий авторов составляют анаграмму. Попробуем…"

Он заказал в базе данных список авторов цитат в порядке их поступления. Наугад взял несколько из середины перечня и начал соединять первые буквы.

– Бехтерев, Яворский, Сенека, Нейгауз, Ушинский, Юнг, Тацит – господи, ну и списочек! Волошин, О'Генри, Лосев, Кафка, Анненков, Маркес, Ибсен… Ну хватит пока. Посмотрим, что получилось. «БЯСНУЮТВОЛКАМИ». Ого! – Дема аж подпрыгнул на месте. – Не знаю, как насчет загадочного «БЯ», но «СНУЮТ ВОЛКАМИ» – это вполне актуально. Ай да Теодор! Морочил мне голову столько времени!

Демид принялся за расшифровку анаграммы. Не все шло гладко – где-то неправильно был определен автор, где-то имелись явные пропуски и накладки. Долго Демид ломал голову, что означает слово «ОСЛЯМИСЬ». В конце концов он решил, что это не загадочный старославянизм, но лишь изуродованное «ОГЛЯНИСЬ», и все встало на свои места. Мягкие знаки и знаки препинания Дема расставил по своему усмотрению. Послание гласило:

– Что же, стиль не нов, – пробормотал Дема. – Как там в эпиграфе значилось? "О, сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух – и опыт, сын ошибок трудных, и гений, парадоксов друг". Пушкин Александр Сергеич. Передача "Очевидное-невероятное", – Демид почесал в затылке. – Итак, что мы имеем? Ядро меня зовет. Ядро так Ядро. Ладно, хоть не ведро. Что еще есть в стихотворении, кроме вышеупомянутого Ядра – древнего и до тошноты мистического? Имеется пара знакомых элементов: Враг и волки. Ладно, это мы уже проходили. Ага, вот еще что. Тюльпан. Раскалывает, понимаешь ли, камень и лезет прямо в душу.